Токийский Суслик

Мало ли кто вспомнит какие-то мелочи жизни, всякие пустяки и дела житейские…

– Первая ступень! Голубь! - пробормотал Суслик, решивший не позориться попытками «говорить наоборот» и резонно предположивший, что слово-активатор как включает, так и отключает соответствующие ступени.

Перчатка мигнула красным и изображения голубей пропали, оставив девственно чистую белую поверхность.

– Не думаю, что тестировать твою магию здесь - здравая идея, - выпалил Хомяк, обнимаю Маюми.

– Согласен с тобой целиком и полностью, - тветил Суслик, при этом глядя на самого Хомяка.

Тот поежился от такого взгляда.

– Но это ставит нас перед другой проблемой, - заметил Суслик. Он стянул перчатки и аккуратно сложил их в футляр. Тот закрылся. Снова без единого шва.

– Постоянно носить перчатки я не смогу. На ночь мне придется их снимать. Вопрос - насколько ты ценишь жизнь Маюми, чтобы позволить ей пакостить дальше? В один прекрасный момент она нарвется на меня без перчаток. Затем, ты знаешь, я перехожу в режим мононокэ, которому молоденькая бакэнэко на один укус.

Маюми фыркнула, но постаралась спрятаться подальше от Суслика.

От ответа на неудобный вопрос Хомяка спас Хорёк, распахнувший дверь и ставший в позу.

– Возрадуйтесь, друзья мои, ибо я принёс вам благую весть!

Лицо Суслика начало покрываться черными венами. Маюми первая заметила признаки превращения в мононокэ и решила вмешаться до появления люля-кебаба в виде Хорька, прожаренного в собственном соку.

Выбрала она способ немного радикальный, но действенный.

Она обернулась в человеческое обличье, моментально одевшись в рубашку Синдзи.

– А-а-а… Э-э-э… Приятно познакомится, юная дама. Мой клан - Кагосима, а зовут меня - Сёго. В честь деда, что одержал победу над гайдзинами в бухте близ города Кагосима.

– Приятно познакомиться, Кагосима-сан! - Сделала книксен Маюми. Хомяк аж возревновал и рассерженно запыхтел, что твой хомячок.

– Так, что тут происходит и откуда у вас такая красотка? - без лишних экивоков заявил Сёго.

Суслик надел перчатки и актировал первую ступень.

Затем произнес инкантацию и с его пальца ударила черная молния. Прямо банку с мадагаскарскими тараканами Хомяка. В результате чего банка наполнилась прахом несчастных насекомых.

– У нас проблема именно с этой красоткой, Кагосима-сан, - с наносной печалью в голосе произнес Суслик, игнорируя обиженное сопение Хомяка. - Видишь ли, это бакэнэко, которая признала своим хозяином Синдзи-куна, и делает мне всякие пакости.