Семь сокрытых душ

Поэтому девочки частенько «подлизывались», стараясь завоевать ее дружбу в надежде, что Ада в порыве доверия сама расскажет о загадочных событиях той ночи. Да только девочка сама ничего не помнила.

Когда к ней в предпоследний вечер перед Новым годом с многозначительной улыбкой подошла Зина, Ада даже не удивилась.

– Хочешь надеть это платье? – спросила соседка и протянула синюю «тряпку». Такая щедрость не была присуща Зинаиде: вещами она никогда не делилась, и стоило кому‑то хотя бы даже притронуться к чему‑то ее личному, как тут же набрасывалась с руганью.

Ада молча и непонимающе смотрела на подошедшую к ней девочку.

А соседка тем временем развернула платье и потрясла им перед Адой. Сшито оно было самой Зиной, но по виду не уступало магазинному и даже было красивее, потому что Зина вложила в платье свою душу. Цвет берлинской лазури интересно оттенял смуглую Зинину кожу и подчеркивал выразительность ее черных глаз. Девочка выбрала удачный фасон, который должен был скрыть угловатость и худобу и придать немного женственности ее мальчишеской фигуре.

Ада как завороженная рассматривала кружевные оборки на лифе и пышную юбку. И даже мысленно представила себе, как кружится в платье по паркетному полу, ловя свое отражение во множестве зеркал.

– Нравится? Бери! Даю тебе надеть на Новый год.

– С чего такая щедрость? – подозрительно спросила Ада, предполагая какой‑то подвох. Зинка в последнее время со своим шитьем не расставалась, пропадала в мастерской все часы отдыха – торопилась закончить платье к празднику.

– Я другое надену, – уклончиво ответила девочка, – в этом я по‑дурацки выгляжу. Особенно когда ноги в танце задираю. Если бы Макарониха не поставила меня танцевать…

– Так на дискотеку бы переоделась.

– На дискотеку? В этом? – засмеялась Зина и вдруг, понизив голос, призналась: – Мне хотелось иметь такое платье… понимаешь? У меня никогда такого не было и вряд ли будет.

Я просто хотела его иметь. Мерить. Трогать. Знать, что оно у меня есть. Это платье – моя мечта. Но носить я его не смогу. Меня засмеют! Задира Зинка – и в таком прикиде.

– А мне, значит, оно пойдет? – насмешливо спросила Ада. И тут же одернула себя: соседка, чего доброго, обидится – рассердить ее у Ады и в мыслях не было.

– А ты померяй! – подмигнула Зина.

Ада спрыгнула с подоконника.