Хранительница. Памятью проклятые

Сметенная когтистой лапой, ее тележка свалилась рядом с ней.

Остальные пассажиры продолжали сидеть, как ни в чем не бывало. Будто бы на вагон все же опустилась абсолютная темнота, поглощающая даже звуки. Просто нас она не зацепила.

Хорошо это или плохо? Мне почему-то думалось, что плохо.

Женщина продолжала лежать на полу.

Проклятый сделал еще один неспешный шаг. Оксана заскулила.

Я в отчаянии отсчитывала его шаги, прекрасна осознавая, что как бы нетороплив проклятый не был, настигнет нас он раньше, чем состав остановится на станции.

Все, как один, высокие, черные, жутковато согнутые из-за не по размеру низких потолков, они продвигались к нам, цепляясь лапами за поручни и задевая головами гладкие светильники.

Мне казалось, я просто свихнусь от напряжения и ужаса.

Цепи звенели. Оксана застыла, затаив дыхание и зажмурившись. Ее трясло.

Меня тоже трясло, и футболка прилипла к спине, мокрая от пота.

На нас надвигалась неотвратимая, мучительная смерть, а я не могла даже попытаться с ней поспорить.

Хотя, конечно, могла. Я же хранительница, я же, вроде как нечисть.

Вдруг, они не питаются нечистью, мелькнула малодушная надежда прежде чем я бросилась вперед. Тележка, лежавшая рядом с неподвижной женщиной, была таким себе оружием, но ничего лучше под рукой не было. Не посылать же людей на верную смерть, лишь бы выгадать бесполезные секунды. Я, кажется, уже… одну убила.

Тележка оказалась неожиданно тяжелой, в тканевом нутре выцветшей сумки что-то тихо перекатывалось.

Сдавленно ухнув, я подняла свое неказистое оружие и со всей имеющейся во мне силой обрушила ее на приблизившегося проклятого.

Угодила по боку, чем изрядно его озадачила. Больно нечисти не было, да и откуда бы взяться нервным окончаниям в затвердевшем желе?

Я попыталась и проиграла, но сдаваться не планировала. По крайней мере он встал, споткнулся об меня, кажется, даже позабыл про Оксану, медленно сползающую по стене.

Ноги ее не держали. Что держало меня, я не знала. Наверное, злость. Здоровая отчаянная злость загнанного в угол человека… нечисти. Загнанный в угол человек сейчас сидел на полу и беззвучно плакал.

Повторная атака была отбита. Когтистая лапа задержала тележку, вспоров ткань сумки — по полу тут же рассыпалась картошка.

Не выпуская мое оружие из рук, проклятый швырнул меня на дверь, выбивая дух, потом еще раз дернул на себя и оттолкнул.