Хранительница. Памятью проклятые

Им хорошо, они своим ходом идут, никто их за собой не тащит.

— Но ты не уверена? — пытался докопаться до истины Павел.

— Древние боги, — передернул плечами наш недопохититель, — это не похищение. Я просто отвезу тебя домой.

— Меня? — дотошно уточнил Паша. — А Лесю?

— Да, — встрепенулась я, — а Лесю?

— Ланская едет со мной, — отрубил Влад, что б его, Александрович.

— Ланская против, — пробормотала я.

Меня проигнорировали. Дотащили до машины, открыли заднюю дверцу черненькой ауди, но в салон меня запихивать не стали.

— В машину, — вновь приказал этот махровый тиран, крепко удерживая меня за плечо. Будто бы опасался, что я могу попытаться сбежать. Можно подумать, у меня есть хоть маленький шанс сбежать от городового, слышащего весь город.

Первой в машину забралась Анна, потом, без особой охоты, Павел. Дверь захлопнулась.

— А…

— Поедешь рядом со мной, — зловеще сообщили мне, открывая переднюю дверцу.

После нашего с ним знакомства, оставившего в моей душе неизгладимый след, находиться в непосредственной близости от этого самодовольного типа, возомнившего себя моим начальством, было неприятно.

— Где он живет? — забираясь на водительское сидение, поинтересовался Влад почему-то у меня, хотя Паша и сам был способен ответить на этот вопрос и даже дорогу бы показал без проблем.

Наверное, нужно было просто назвать адрес и не выделываться, но я не смогла:

— Там же, где и я, — ответила радостно, ожидая следующий вопрос. Мне почему-то казалось, что Влад не должен знать где я живу. К сожалению, только казалось.

— Понятно, — кивнул он, включая зажигание. Мы тронулись и все семь минут ехали в тишине. Если бы не светофоры, доехали бы быстрее, но красный свет преследовал нас на всем пути движения, пока Влад не прикрикнул раздраженно:

— Алеся!

Я вздрогнула, издевательски-восхищенно выдохнув:

— Ого, так вы все-таки знаете мое имя.

Но оставшуюся часть пути светофоры нас не задерживали.

Высадив Павла у подъезда, Влад уже собирался ехать дальше, когда в стекло с его стороны постучали. Вероятно, я никогда не перестану поражаться тому, каким взрослым может быть десятилетний пацан.

— Что?

— Лесю не обижайте и верните ее не поздно, — серьезно велел он, помахал мне рукой и пошел к подъезду.