Хранительница. Памятью проклятые

Для психа зубки в самый раз, для человека — нет. — Ты же пьешь, куришь, колешься и ведешь неразборчивую половую жизнь. Тебя нельзя на органы пускать, они же у тебя все испорченные.

По наглой его морде было понятно, что он глумится. Достался же мне псих с хорошей памятью.

— Глеб, иди-ка ты… — Евгений Федорович, закашлялся. И Глеб, и я, и незнакомый мне еще парень, покорно ждали, пока он откашляется и допошлет уже этого идиота в далекие дали. В далекие дали его, к сожалению, не стали отсылать, обошлись ближними. — Иди на кухню, помоги Кристине.

От Богдана там пользы мало будем.

— Можно подумать, от меня будет больше, — проворчал этот, но покорно ушел, пригрозив напоследок: — Ваша кухня, ваша посуда, если не жалко, то я не против.

Тогда еще я не знала, что хрупкая посуда у этого проблемного кошмара с зубами долго не живет, и очень удивилась такому заявлению.

— Ты прости, девочка, — Евгений Федорович обессиленно откинулся в кресле, — зря я его после полнолуния на поиски отправил. Не подумал. Старость, она, знаешь, не только тело подтачивает, но и разум.

— Ее нужно ввести в курс дела до обряда, — подал голос вьюноша.

— Знаю, Костя, знаю, — вздохнул Евгений Федорович.

На мгновение в комнате повисла тишина, которую я с удовольствием заполнила:

— До какого обряда? И почему этого вашего психа в полнолуние выпускать нельзя? У него обострения в это время что ли? И зачем меня сюда привели? Что происходит? У меня самолет через полтора часа.

— Ничего-ничего, мы все успеем, — заверил меня Евгений Федорович.

Мне почему-то не полегчало после его слов, а совсем даже наоборот.

— Что успеем?

— Сейчас я тебе объясню, — начал он. Послышался негромкий, но отчетливый звон разбившейся кружки и возмущенный голос Кристины:

— Глеб, не тяни свои кривые руки! Я сама все сделаю! Богдан, держи его подальше от бьющейся посуды!

Евгений Федорович только смиренно закрыл глаза, выждал секунд десять и продолжил:

— Я умираю. У меня в прямом смысле остались считанные часы. Сегодня последний день. И я должен… — запнувшись, он испытующе посмотрел на меня, — скажи ты когда-нибудь ходила к гадалкам или экстрасенсам? Веришь в магию?

— В экстрасенсов не верю, но посмотрела всего Мерлина и Даже Игру престолов.

И Сверхъестественное, — припомнив, сколько сериалов и просто фильм подобного рода я смотрела, решила дальше не перечислять. И этого хватит. — Но в магию не верю.

— Хорошо, тогда просто сделай то, что я прошу.

В комнату вернулась Кристина и два не внушающих доверия типа.