Реплика

Раздуваете? Фуфяка!

Дети покраснели, отвели взгляд, вид такой – вот-вот расплачутся. Римма легонько встряхнула их за плечи и заставила посмотреть себе в глаза.

— Баранзить до лемах некузяво, – продолжила она. – Студно в коре? По габарям?

Вот теперь все остальные – Александр, Вероника и мама детей, Софья Анатольевна, смотрели на происходящее широко раскрытыми глазами.

Римма вновь встряхнула детей и посмотрела каждому в глаза.

— По габарям? – повторила она громче, отпустила детей и протянула им правую руку.

— Безбазлово! – уверенно ответила Ира, кивнув и пожав ладонь Риммы, теперь на лице девочки были раскаяние и серьёзность.

— Фантикательски! – кивнул её брат и тоже пожал руку. – Кукуй, лемава!

— Кукуй, олень! – кивнула Римма и поднялась на ноги. Дети повернулись лицом к матери, держась за руки. Оглянулись на Римму. Та ободряюще кивнула и руками показала – вперёд, вперёд.

— Мама? – робко позвала Ира, глядя в лицо матери. – Прости нас, пожалуйста. Тётя Римма нам всё объяснила. Мы больше так не будем! Честно-пречестно! – Она посмотрела в лицо брата.

— Мам, мы правда не будем! – Артём нашёл в себе силу воли посмотреть матери в глаза. Та присела, когда дети бросились к ней, обняла обоих и расплакалась. Римма поймала Александра за руку, когда тот невольно шагнул вперёд – не вмешивайся. Наверное, с минуту женщина плакала, обнимая детей, затем отпустила. Улыбаясь, она добыла из сумочки платок и принялась приводить в порядок себя и детей – те тоже плакали.

— Ма-а-ам, ты не сердишься? – робко поинтересовалась Ира, глядя в лицо матери.

— Уже нет. И не буду, если сдержите слово.

Дети взялись за руки и энергично покивали. Вероника, улыбаясь, помогла Софье Анатольевне подняться на ноги. Дети стояли, явно не зная, куда девать глаза. Римма сделала пару шагов и снова присела, улыбаясь им обоим.

— Всё будет хорошо, – заверила она. – Лена уже скучает. Бегите, побудьте с ней, когда ещё такой случай! Скоро новый конкурс, вам точно понравится!

Дети радостно закивали, ещё раз обняли свою маму, и убежали, несколько раз оглянувшись.

— Господи, я уже не надеялась, – тихо проговорила Софья Анатольевна, и, внезапно обняв Веронику, вновь расплакалась. Пришла в себя за каких-то десять-пятнадцать секунд и ахнула.

— Ой, я вам кофту, наверное, испортила! Простите, пожалуйста!

— Ничего страшного, – заверила Вероника. – Римма?

Та кивнула и протянула Софье Анатольевне свою визитку.