Чаротехи

Пока рассказывал, в комнату вошла старушка. На ней была широкая цветастая цыганская юбка, такая же пестрая кофта с широкими рукавами. Из-под красного платка на голове вились седые кудри. В руках старушка держала поднос с несколькими бокалами, от которых шел дурманящий травяной запах. Живой взгляд черных глаз остановился на коте, развалившемся у ног хозяина.

- А ну брысь в коридор, - строго приказала сивилла. Кот нахмурился, медленно поднялся, выгнул спину, одновременно зевнул и лениво подался на выход.

Пин Леонидович проводил кота одобрительным взглядом и благодарно кивнул женщине, принимая поднос.

Затем сказал:

- Знакомьтесь, моя супруга Мирида Николаевна, - и воскликнул. - Ну что, чайку?

Старушка сверкнула на ребят искрой из черных цыганских глаз, улыбнулась одними уголками тонких губ и остановила пристальный взгляд на Артеме.

- Пин, а ты ничего такого не замечаешь?

- Есть такое дело, - усмехнулся Стрелочник. - Артем, кто из твоих родителей был чаротехом?

Артем было задумался, но тут же тряхнул головой.

- Никто. Мама... может быть.

- Понятно.

И Пин Леонидович как ни в чем не бывало продолжил.

- Я знаю Модруса не так давно. Слышал, что раньше он работал в каком-то столичном НИИ. И его вроде как за что-то разжаловали из профессоров в обычные преподы. Будто он нашел какой-то старинный чертеж, и по нему решил изготовить рабочую модель. Во время испытания, что-то пошло не так, и пол-института снесло взрывом. Было расследование, но Гирик Коевич сумел доказать, что не виновен.

Однако, его признали частично виновным и сослали к нам в Сапелково. Модрус по началу вел себя тихо. Только вечно что-то в своей лаборантской мастерил. Часто в столицу за материалами ездил. Как оказалось, он делал Федю. Но не доделал, поэтому его конструкт без оболочки. Весь механизм наружу. Я ему сколько раз говорил, прикройте. Но он лишь отмахивался, мол и так нормально. А все из-за того оползня. Когда обнаружился тот столб с вазой. Тут и началось... Не до Феди стало.

- Все про эту вазу говорят.

Что в ней особенного? - спросил Артем, прихлебывая из кружки вкуснейший чай. Такой он точно пил впервые.

- Не знаю, не знаю, - задумчиво произнес Пин Леонидович. - На вазе есть текст. Гирик тот текст перевел. Я никогда не интересовался. Но там вроде написано, что ваза не просто сосуд, а что-то вроде ключа. А может хранилище для ключа. Про печать какую-то еще... Точно не помню. В общем, все это больше похоже на легенду, чем на техническое руководство.