Твоя невезучая

Недолго думая брюнет принялся обыскивать шкафы, а затем из одного ловко бросил девушке какую-то драную футболку, чей материал вполне подходил для создания прекрасного — фантастической чистоты в стиле аля чистоплотный до посинения.

— Ты что серьезно? — фыркнула Волхова.

— Будь у меня больше оптимизма, да, не отстал бы, пока не заблестел каждый сантиметр этой площади. Но... Это ведь не постоянная крыша. Здесь можно обойтись уборкой лишь нужного на данный момент.

— Мазохист, — буркнула подруга.

— А тебе нравится спать в грязи? Я, конечно, в курсе, что ты непутевая в плане хозяйства, но не поверю, чтобы настолько.

«Ну вот. Опять начинается. Надо было позволить оборотню его съесть».

Девушка тяжело вздохнула.

«Пожалуй, этот никогда не изменится».

С ним она точно подсядет на валерьянку за совместную работу. Хорошо, если только на нее. «До чего вредный, Господи».

При виде недовольного выражения лица девушки, парень невольно засмеялся. Настолько оно напоминало ему обреченного на земные страдания великомученика.

— Чего ты ржешь, узурпатор? — нахмурилась стражница то ли в шутку, то ли всерьез.

Этого парень до конца не понял, резко переключившись на неожиданный скрежет под деревянными ставнями. Смолкла и Волхова, заметно став напряженной.

— Походу, покой нам только снится. Даже во сне не поспишь. Дурацкий мир! — старым дедом проворчал Направляющий, перейдя на едва различимый шепот.

Хотя в чем-то невезучая была солидарна с ним. Затем в какой-то из комнат с противным звуком приоткрылась одна из дверц шкафа.

— Вот-вот. В фильмах ужасов обычно все так начинается. Я бы не стал проверять, что там, — тихо произнес парень, украдкой указав рукой на соседнюю стенку.

Не успела рыжая ответить, как сзади на ее спину, прямо из деревянной поверхности, запрыгнуло нечто тяжелое, принявшись душить.

Кейт, недолго думая, резко стукнулась спиной об стену. Существо ослабило хватку, тогда стражница ловко отыскав на ощупь кончиками пальцев загривок неизвестной, скинула ту на пол.

— Страшная ты женщина, Волхова, — невольно обомлел брюнет.

— Жить захочешь и не такой стервой станешь, — буркнула на адреналине рыжая, до сих пор ощущая на шеи последствия удушья.

Реальность сна неожиданно исказилась разошедшимися кругами по водяной глади, явив перед гостями новую обстановку.