Шелест серебряного дождя, или Новогодний переполох

Алексис внимательно посмотрел на неё и в мгновение ока оказался рядом.

— Если ты так заботишься о нём, выполни мою просьбу, не приходи на поединок. Твоё присутствие будет только мешать, особенно тому, о ком так беспокоишься, — сказал он. Буря эмоций отразилась на её лице, прежде чем она покинула его кабинет, захлопнув за собой дверь.

«Дурачьё упрямое», — со злостью подумала она.

* * *

Что ты наделал, дурак?! Ты хоть понимаешь, что ты натворил! — ругалась она, без стука врываясь в его комнату, несмотря на то, что парень был не совсем одет.

— Ты хоть знаешь, кому вызов бросил, идиот?! — продолжала она, тряся его за плечи.

Людовик удивленно смотрел на неё.

— Он же тебя в порошок сотрёт, ты это понимаешь?! — продолжала она на повышенных тонах.

— Ты совсем меня за слабака держишь. Я уже не тот маленький мальчик, с которым ты сражалась, — уверенно произнес Людовик, одеваясь.

— Алексис не простой кванси(3), он своего рода гений. Он оперативник, и не простой, а командующий. Это значит, под его началом находятся кванси, которые сильнее рядовых бойцов.

На такую должность назначают только самых сильных, и не за горами тот день, когда он станет главнокомандующим, — объяснила девушка.

— Значит, бой будет интересней, чем я ожидал, — улыбка предвкушения заиграла на лице Людовика. Мара обреченно посмотрела на него, догадавшись, что и он не отступится. Девушка обреченно вздохнула. Невозможность что-либо изменить пугала её.

— Ты так упорно убеждал меня в том, что ты уже взрослый, но почему ты ведешь себя как дитя неразумное.

Возможно, Алексис и не убьет тебя, но боль будет самая настоящая, как в реале, а уж он постарается, чтобы она была невыносимой. Может быть, ранениями он не ограничится. Тебе когда-нибудь отрубали ногу... — продолжала она, и её глаза подернулись влагой.

— Ты стараешься меня напугать, потому что боишься за меня? — спросил он, не сводя с неё внимательного взгляда.

— Да, боюсь, — призналась ледяная кванси.

— Лучше бы ты в меня верила.

Сразиться с сильным бойцом и проверить свои силы... На что я способен. Я рад, что не упустил такую возможность, — улыбаясь, говорил он.

Капли слёз заблестели на её ресницах.

— Дурак упёртый, — сказала она и направилась к выходу.

Но Людовик преградил ей путь, и она угодила прямиком в его объятия.

— Эй, ты чего это раскисла? Да не умру я, а боль... Фиг с ней, — отозвался он, прижимая её к себе.

— Только, пожалуйста, не приходи... — тихо попросил он.