Тень Черного Единорога

— Ладно, мне пора бежать, а ты давай не задерживайся, я уже скоро буду с родителями.

Катя вернулась в квартиру. Василий Степанович уже ушел в свою комнату, и она смогла спокойно достать спрятанный в коридоре подарок.

— Дед, можно? — спросила она, постучав и приоткрыв дверь.

— Конечно, Катюша, входи! — отозвался старческий голос.

— В общем, вот… — Катя протянула деду запакованный галстук, украшенный розовой ленточкой. — Еще раз поздравляю тебя с днем рождения и желаю тебе всего самого хорошего! Здоровья тебе и долголетия!

— Спасибо, Катюша, спасибо! — Дед осторожно принял из ее рук подарок и так же осторожно положил его на стол, словно он был хрустальный.

— А что это?

Катя сначала удивилась такому вопросу — не узнать галстук, это было сильно — но потом догадалась, что из-за столь мудреной и накрученной упаковки пожилой человек с плохим зрением просто не может распознать такую простую и необходимую для мужчины вещь.

— Это галстук, дедуль, — со вздохом пояснила Катя.

— Какой красивый и праздничный, — улыбаясь, произнес Василий Степанович, а затем с восхищением погладил его, словно он был живой.

— Спасибо, дорогая моя! — дед сделал паузу, и затем удивлено посмотрел на внучку. — Только он, наверное, очень дорогой. Куда мне, старику, такой носить?

— А почему бы и не носить-то? — удивилась Катя. — Ты же носишь пиджаки, вот я подумала, что тебе понравится. К твоему серому как раз подойдет.

— Да, иногда, конечно, ношу, — как-то задумчиво ответил дед. — Но тебе не стоило, Катюша, не стоило…

— Тебе не нравится, что ли? — перебила его Катя.

— Нравится, конечно, внученька, что ты? — начал оправдываться Василий Степанович. — Но куда мне такие подарки дорогие? Ради меня, старика, так стараться, не стоило…

— Нет, если тебе не нравится, это другое дело, — Катя хотела высказаться как можно мягче, но однообразные слова деда начинали ее раздражать. — Я понимаю, расцветка довольно броская. — Я могу пойти поменять на другую, если ты хочешь.

— Да нет же, расцветка хорошая, Катюша, просто замечательная.

— Василий Степанович искренне улыбнулся, видя ее волнение. — Я очень тронут твоей заботой, просто…

— Не стоило мне так стараться, — вздохнув, закончила за деда Катя. — Я поняла, дедуль, ты не переживай так. Хочешь чаю с тортом? Я купила большой, с клубничным кремом.

— Нет, спасибо, я с утра ничего не ем, только молоко пью, а встал я недавно, — после небольшой паузы ответил дед. — Ты лучше сама поешь.