Мериамос 1. Золотая Лисица

Необходимость сдерживать Талант, опасаясь, что другие магистры могут ее почувствовать, нервировала. В горах такой проблемы не возникало.

Мрак стал не таким беспросветным, как казалось вначале. В конце длинного извивающегося коридора мерцал свет. Свернув в другую сторону, Ниоба исследовала коридор, добравшись до камер. Крохотные комнатки забиты какими-то оборванцами, что сидели прямо на полу и не пытались выбраться. Странно, что, несмотря на обилие людей, тут так тихо.

Едва ли Тишину или Эльбирина посадили бы в общие камеры.

Углубляясь в коридоры, она добралась до пустых камер и уткнулась в заложенную стену. Прошлась по новой «кишке», та оказалась тупиком. Пришлось возвращаться.

Шаркающие шаги заставили ее остановиться. За спиной тупик, камеры — она осторожно подергала пару дверей — закрыты. Шаги приближались. Рассеянный свет коснулся стены за поворотом. Разведя руки, она уперлась в стены, благо коридоры узкие. Словно жук, стараясь громко не кряхтеть, Ниоба подняла себя под потолок, упираясь ногами и руками в стены.

Сейчас она как никогда была рада, что они не покрашены и шершавые.

— И все же мне интересно, кто пустил этот слух, — донесся до нее голос.

В виске, пульсируя, напряглись мышцы.

— Если бы это было всего лишь слухом, на него не стали бы обращать внимания, — ответил второй.

Они шли медленно. Фонарь накрыли платком, отчего света в коридоре немного, и обливающаяся потом Ниоба под потолком осталась надежно скрыта тенями.

— В том-то и дело, — подойдя к двери, мужчина заглянул в окошко, повыше поднимая фонарь.

Пальцы у него оказались какой-то неправильной формы, словно дурно сросшиеся после переломов. — Сначала о твоей слабости шепчутся, а потом перестают бояться. У Хозяина не было иного выбора, кроме как убить Волка, чтобы пресечь волнения.

Ниоба подивилась бы чистоте речи местного тюремщика, если бы не чувствовала, как от напряжения пробуждается боль в голове.

— Выходит, кто-то сделал грязную работу нашими руками? Подумай сам. Волк перешел кому-то дорогу, а, зная его характер, в этом нет ничего удивительного, — говорящий, как назло, замедлил шаг.

— Оставалось распустить слух, будто бы Волк знает, как навсегда отправить Хозяина в бездну, зная, что это переполошит как союзников, так и противников, вынуждая нас действовать.

Тело дрожало от напряжения. Несмотря на шершавую поверхность, мокрые от пота ладони заскользили.

— Хм, — постояв немного, тюремщик двинулся дальше. — Осталось понять, кому Волк так сильно насолил.