Мериамос 2. Медный Аспид

– Ваша работа смотреть, как людей убивают, и при этом сидеть сложа руки?

– Увы, я ничего не мог сделать. Серые слишком хорошо умеют заметать следы, – сухо ответил Дэймос.

Шумно выдохнув, она отвернулась.

– Даже если бы я знала, кто такой стрелок, то не стала бы его выдавать, – бросив на него взгляд из-под нахмуренных бровей, ответила Кайт.

– Понимаю. Мне поручили расследовать это дело, но это не значит, что я горю желанием отдать стрелка властям. Особенно когда среди них так много Серых. Но зная личность, я буду иметь возможность защитить его.

Плечи девушки опустились, расслабляясь.

– Увы, я и правда не знаю, кто он, – взяв нож, она вернулась к чистке овощей. – Не думаю, что захотела бы встретиться с ним. Это в литературе мстители окружены романтическим ореолом, в жизни всё грязнее и отвратительнее.

Глава 30

Новое убийство не заставило себя ждать. Во время очередного снегопада женщину убили посреди улицы точным выстрелом в голову. Пока милиция искала, откуда был произведён выстрел, снег скрыл все следы, позволив стрелку уйти незамеченным.

Вечер Дэймос провёл лазая по крышам. Темнело рано. Едва солнце скрылось, как холод сковал улицы, прогоняя прохожих.

– Мистер Арус, – к нему подскочил городовой и, отдав честь, протянул записку. – Вам просили передать.

– Кто?

– Не могу знать. Он спешил, сунул записку и ушёл.

Корявый почерк Зэвана узнать несложно, сложнее разобрать, что он написал.

«Кайт и компания, вооружившись, направились в Железный район.

Вечер перестаёт быть томным.

К тому моменту, как удалось выбраться из Медного района, вновь пошёл снег. Кутаясь в пальто, Дэймос нещадно мёрз, проклиная Кайт за то, что не сидится на месте.

Вопрос, где искать любителей ночных прогулок, разрешился быстро. Зэван возник в темноте переулка, словно призрак, и схватил Дэймоса за рукав. Тот машинально отмахнулся, и Заклеймённый получил кулаком по носу.

– Чтоб тебя демоны драли! – хватаясь за лицо, зарычал он.

– Нечего подкрадываться, – буркнул Дэймос. – Где они?

– На складах. Идём.

Ловкость и лёгкость покинули тело Заклеймённого. Он шёл, с трудом переставляя ноги, прихрамывая и порой хватаясь за стены, чтобы перевести дыхание.

– Разве тебе не положен постельный режим?

– Я бы с радостью, но Лиса отказывается его со мною разделить.

Едва зародившаяся жалость вмиг выветрилась.