Цена жизни

Еда понравилась безумно, я смаковал каждый кусочек, растягивая удовольствие, но несмотря на это, порция испарилась моментально. Естественно, самому убирать грязную посуду не понадобилось. 

Когда официант ушел, забрав с собой тарелки, вернулись мысли о случившемся в другом мире. И чем больше я думал, тем сильнее нарастало раздражение и злость. Без сомнения, я ходил по краю. Окажись раны чуть сильнее или портал чуть дальше, не лежать мне сейчас в больничной койке.

В тот момент, когда в палату вошел Анастасиус, градус накала в моей душе вплотную приблизился к точке кипения.

- Я чуть там не умер! - Вместо приветствия выпалил я, вскакивая с кровати. Ярость, клокотавшая в груди, требовала выхода. Появилось огромное желание ударить по ненавистному лицу ухмыляющейся сволочи. Не получилось. 

Дикая боль, ржавым гвоздем проткнула позвоночник. Я упал на пол, тело в судорогах начало биться об кафель. Мозг пытался сбежать в спасительную темноту, но не мог - извращенная воля мучителя держала меня в сознании.

 - Успокоился? - сквозь замутненное сознание пробился вопрос. Судя по всему, ответа не требовалось, так как Анастасиус продолжил:

- Умереть во время первого переноса, могло только полное ничтожество. Первое время портал не будет забрасывать тебя в по-настоящему опасные места. 

- Почему? - выдавил я из себя. 

- Не важно, просто прими как данность, чем чаще ты попадаешь в мир Сехмет, тем сложнее там выжить, а первые разы - просто увеселительные прогулки.

- Я туда больше не пойду! 

- Пойдешь, - оскалился в усмешке мужчина, - уже забыл про долг? Или про боль?

- Не забыл, - меня передернуло, появилось нестерпимое желание оказаться как можно дальше от этого существа, - но зачем Вам это?

- За этим я и пришел, - Анастасиус достал из кожаного портфеля до боли знакомый нож, крутанул его в руке и положил на туалетный столик. Затем, туда же легла вытянутая стеклянная колба, плотно закрытая крышкой.

 - Смотри внимательно, - продолжил тем временем Бруцкий, - как ты уже знаешь, этот нож собирает энергию убитых существ, чем больше убил, тем больше собрал.

Анастасиус плотно сжал рукоятку ножа и по дымчатому лезвию побежали искры, они целенаправленно собирались на кончике клинка, превращаясь в маленькую рубиновую каплю. Она росла, набухала и в какой-то момент, сорвалась с ножа, устремившись к полу, но была поймана в колбу.