Бестиарий спального района

— Здравствуйте, Алла Валентиновна, — сказал он, войдя в крохотный кабинет, при­жал руку к сердцу и слегка поклонился. — Как ваше здоровье, уважаемая?

— Что тебе, Мансурка? — раздраженно спросила Алла Валентиновна, одутловатая, потная крашеная блондинка сорока пяти лет от роду. — Говори быстро, некогда мне!

— Денег нет совсем, — запел Мансур, — зарплату не дают, голодаем мало-мало!

Он утрировал акцент, надеясь разжалобить начальницу и сберечь волосок. Но — на­прасно.

— Нету в кассе денег! — повысила голос Алла Валентиновна.

— Я тебе говорила — нету! Ты русский язык понимаешь?! Что ж за наказание?! В понедельник приходи, в по­недельник, понял?! Иди, не мешай, не до тебя!

Что ж, понял Мансур, делать нечего. Он поднес руку к губам, разжал пальцы, ду­нул на волосок и произнес про себя на древнем языке те слова, которые следовало произ­нести.

...Через час с небольшим — пришлось ждать, пока оформят все ведомости-шмедо­мости, да потратить немного времени и еще один волосок, чтобы убедить кассира выдать Мансуру зарплату на всех шестерых, — он вышел из конторы и направился к шестнадца­тому дому.

Народу на улице было уже много. Как бы деньги не своровали, подумал Мансур и поплотнее ухватился за сумку, на дне которой, под жилетом, лежали завернутые в газету зарплаты.

В чахлых кустах истошно орали коты. Видно их не было, но Мансур любил этих зверей и потому включил седьмое чувство — не отказал себе в маленьком удовольствии. И не пожалел. Красавцы! Двое, один угольно-черный, другой золотистый, несмотря на пыль — сияющий.

Мёд, залюбовался им Мансур. Огромные оба! Стоят друг напротив друга, вы­гнув спины, подняв хвосты, и упоенно орут. Ай, молодцы, подумал Мансур, ай, джигиты. Полюбовался немного и собрался двигаться дальше.

— Эй ты, аллах акбар! — раздался сзади гнусавый окрик. — А ну, стоять!

Мансур выключил седьмое чувство и обернулся. Мент. Жирный, неопрятный. Руку на дубинке резиновой держит.

Черный кот вдруг шарахнулся на тротуар — прямо менту под ноги. Тот с неожидан­ной ловкостью подцепил кота мыском сапога под живот и швырнул обратно в кусты.

Коты взмявкнули и кинулись в разные стороны.

Совсем плохой человек, понял Мансур.

— Документы предъяви, ты, аллах акбар! — сказал мент. Ему, видимо, нравилась эта шутка.

— Зачем такие слова говоришь, начальник? — вкрадчиво произнес Мансур.

Он и вправду очень не любил, когда при нем упоминали бога и всех этих — Ма­риам, Ису, Осириса, Кетцалькоатля...

— Умничать будем? — угрожающе процедил мент.