Один плюс N

Откинувшись на спинку кресла, я запустил пальцы в волосы:

— Это жёстко… Настоящая киберпанковая страшилка: воспоминания создают иллюзию долгого существования.

— Да не то слово. Хотел бы я удивляться этим офигительным чудесам с твоей позиции. Но нет же: я тут второй сорт. Интересно, сколько мне жить осталось?

Я пожал плечами:

— По интерфейсу ни хрена не понятно: расхода энергии нет. Может, способность будет работать ещё минуту, а может… это навсегда?

— Навсегда? Ну да, как же… С моим-то «везением».

— Поживём — увидим, — пробормотал я, вернулся к столу и взял с него смартфон.

— И чего ты делаешь? — спросил он, глядя, как я копаюсь в приложениях. — О нет, так и знал, что сейчас начнётся.

Я запустил секундомер и ответил:

— А что ещё делать? Сам понимаешь, надо выжать максимум из этого опыта. Для начала установим отсчёт времени, чтобы узнать, сколько это продлится. Ну, если это вообще закончится.

— Для начала? — выгнул он бровь. — А что потом?.. Пф, на хрена я спрашиваю? И так ясно, что потом.

Я буду писать в баночку, пускать кровь, а ещё попробую в ближайшее время поспать, чтобы понять, восстановится ли у меня М. И это только первое, что пришло в голову.

Ухмыльнувшись, я щёлкнул пальцами:

— В точку. Как хорошо мы друг друга понимаем.

— Не так хорошо, как ты думаешь, — сказал он и нахмурился, когда я подошёл и начал ощупывать его волосы. — Может, тебе покажется это излишним драматизмом, но… Как-то неохота тратить свою короткую жизнь на все эти опыты.

— Волосы как настоящие, — задумчиво произнёс я и потянул его за щёки. — И кожа — тоже… Да брось! Чего скис? Разве тебе не интересно, как и мне? Ты материализовался просто из ниоткуда. Это ж столько вопросов…

— Ещё как интересно, — он отмахнулся от моих рук. — Только меня реально напрягает, что я, судя по всему, скоро сдохну.

Просто поразительно, как быстро он обнаружил эту проблему и загнался. Чувствуется мой многолетний стаж навязчивых обдумываний всего, до чего дотянутся мысли.

Но, что уж тут, в этот раз беспокойство вполне оправдано: продолжительность его жизни в самом деле под вопросом. Я отстранился от него и плюхнулся в кресло.

— Удивился, да? — спросил он.

— Смотря чему.

— Тому, что мы не на одной волне. Считанные минуты разницы в опыте, а мотивы уже разошлись.

— Как голый факт — очень занимательно. А если разобраться, то ничего удивительного. Близость смерти…

— … меняет людей, ага, — закончил он за меня.