Человек

— Алиса… — прохрипел я, хватаясь за спинку ее кресла.

Алиса не слышала. Просто не обращала внимания на жалкого человека, который сейчас скопытится.

Я развернулся, пытаясь поймать хоть чей-нибудь взгляд.

Север! Он смотрел в окно. Задумчиво созерцал темноту. Ему было не до меня.

— Да что, черт вас подери, происходит? — завопил я на весь салон.

Никто и бровью не повел.

Никто, кроме Нике. Она видела мою агонию. И сейчас совершенно естественно улыбалась. Но помогать не спешила.

— Что со мной? — простонал я.

— Становишься богом, — пожала плечами девчонка-логик.

— Нет. Их нет! — ответил я из последних сил, удушье лишало остатков сознания.

— Тогда кто ты? — непонимающе спросила Нике.

— Я — Алексей Сказов. Не бог. Оперинженер.

— Ну, раз тебе так угодно, — молвила она и потеряла всяческий интерес к моей персоне. Отвернулась в сторону окна.

Я валялся в проеме между креслами и безразличными людьми. Готовился к смерти и надвигающемуся за ней аду. Как вдруг из этой пучины отчаяния меня вырвал бесцеремонный крик:

— Приехали! — завопил Ашот.

Меня будто окатили холодной водой. Только что я лежал на полу, умирал, и никто не собирался мне помогать, как вдруг оказался сидящим на своем месте. Руки скрещены, ноги вытянуты вперед, шея затекла от неудобного положения. Неужели я уснул?

— Как ты? — спросила Алиса, перелезая в салон. — Что-то совсем дурные сны тебе снятся.

Я потер рукой лоб. Никакого пота. Сердце бьется ровно. Руки не трясутся.

— И не говори, — судорожно сглотнув, произнес я. Спросил: — Мы приехали? Куда?

— Венга, — ответила Алиса. — Самое ближнее логическое поселение на севере. Тут мы разделимся.

— Интересно, с кем я окажусь?

Вопрос был скорее риторический, и задавал я его себе. Но рыжая колдунья отнесла его на свой счет:

— Это нам сейчас Таракан скажет.

Мы вышли из машины-планера. Все начали потягиваться, зевать, разминать затекшие конечности. Мне же было все еще жутковато после этого… видения? Сна? Напутствия? Дьявол пойми, что это вообще было!

Хотя…

Ясно же, что сила могла меня поглотить.

Прикоснулся к пантаклю. Он был горячим. Обжигающе горячим. Но вреда не причинял. Потянулся за силой — просто так, проверить, что изменилось. Тут же убедился, что все более чем в порядке. Могущество возросло, но никакими припадками и не пахнет, жажды могущества тоже нет. Не считая горячего пантакля и некоторых несущественных изменений, все как обычно.