Человек

Он говорит, что мы одинаковы и в скором времени люди могут стать сродни нам.

— Ты в это вершишь? — прямо спроси я.

— Я не отрицаю такой возможности.

— Понятно. Все-таки не нравится тебе этот Верховный, кем бы он ни был.

— Он нарушил общепринятый порядок, наши традиции и устои, но зато доказал, что новый мир возможен.

— Каким образом?

— Силой. Он логик по рождению, как и я. Но владеет интуитской ворожбой в совершенстве. Я сама видела.

— А ты? Разве тебе не доступно то же, что и Алисе?

Нике натянуто улыбнулась.

— Нет. Я — логик. И я не способна на интуитскую ворожбу. А вот Алиса может использовать некоторые из моих приемов, пускай и не в полную силу.

Что-то в ее словах и объяснениях выдавало внутреннее несогласие, существующий в ней протест. С виду она сдержанна и на все готова, даже служить под началом интуита, несмотря на то что весь их род вел нескончаемые войны. Но что-то в ней сидело… глубоко… хорошо скрываемое, замаскированное.

Ну отчего не выходит проникнуться к ней доверием, как случилось с Алисой?

Что этому мешает?

Не знаю.

Не могу дать ответ.

— Ваш переворот совпал с появлением магии в моем мире, — как бы невзначай произнес я.

— Ты прав, это работа двух Верховных. Один управляет столицей интуитов, другой — логиков. Они договорились соединить две планеты.

— Может, не все так плохо, — вздохнул я.

— А с чего ты вообще решил, что все плохо, Леша? — спросила Нике.

Я молча уставился на девушку. Почему? Да потому что от тебя сквозит каким-то недовольством. Потому что логики-повстанцы все-таки есть, и они хотят захватить Землю и сделать все, как раньше.

Установить свой порядок, возродить прежнюю цивилизацию, истребить интуитов, а может, и людей. Хотя Трофимов говорил обратное — считал их друзьями. Но конфликт существует, он реален, и из-за него уже погибли люди.

Вслух говорить все это я, понятное дело, не стал. Нет, произнести это несложно, девушка даже не обидится, примет к сведению — и все. Просто делиться своими догадками, показывать карты мне не хочется.

— Значит, тебя все устраивает? В новом мире?

— Более чем, — улыбнулась Нике.

Но я знал цену такой улыбки. Фальшивой, лицемерной, ненастоящей.

Спальный район закончился. Послышался вой собак. И это здесь, в Межмирье! Пространство больше не загромождали крыши домов, зато высились исполинские деревья, чем-то напоминающие сосны, на острых ветках которых росли черные иголки. Я нагнулся, поднял одну такую с земли и почувствовал колющую боль — она казалась металлической.