Человек

Все-таки времени на восстановление требуется куда больше отведенных мною пятнадцати минут.

В животе заурчало, хотя совсем недавно благодаря бармену Борису, землянину, набил желудок до отказа. Сколько же я тут валяюсь? По всему выходит, никак не меньше восьми часов.

С минуту поразмышляв, решил, что стоять истуканом как-то глупо, надо перекусить. Потянулся за рюкзаком, тут же ощутил, как плечо свело судорогой. Больно, черт возьми!

Изрядно повозившись, все-таки выудил сухпай и пару сфер. Магических сил было предостаточно, но надо попробовать как-то воздействовать на организм.

Глядишь, удастся себя подлатать. Тем более что колдовство, вправляющее суставы и исцеляющее легкие переломы и повреждения, надежно хранилось в памяти. Правда, требовало колоссальных расходов силы. Ну, наконец-то сферы пойдут по назначению, а не на оплату ужина.

Успев возненавидеть всех логиков во всех обитаемых мирах, сильно удивился, когда обнаружил, что рука сама собой непроизвольно тянется к оранжевой сфере. Сфере с силами логиков.

Инстинкт подсказывал, что для лечения тела необходима именно она. Это ощущение сродни желанию погреться у костра, когда продрог до костей, или выбрать девушку из толпы незнакомок. Ты просто знаешь, что пламя согреет, и держишься поближе. Примерно так же неосознанно чувствуешь, с какой девушкой хочется провести ночь. Так и тут: оранжевая сфера манила к себе. Нет, согреть она не могла, понравиться тоже, зато исцелить тело — вполне.

Уложив пульсирующий шарик в руку, сконцентрировался.

Сила волной пронеслась по телу. Слилась с моей собственной, человеческой. А потом зазвучали слова исцеляющей мантры.

Понятия не имею, как именно происходило исцеление. Просто через несколько минут бормотания мало кому известных слов, внезапно почувствовалось облегчение. Кости перестали ныть, плечо не саднило, голова пришла в норму.

Колдовать было действительно легко. Не знаю, что тому способствовало: сфера или черный уголь «Глаз ночи», данный Тараканом и затем растворившийся в пантакле.

Думаю, сразу все вместе.

Сфера полетела в воду. Надо было проверить собственную работоспособность, а потому размашистый бросок пустого стеклянного шарика оказался лучшим подтверждением тому, что жить можно, и очень даже неплохо.

И тут, уже возле самого берега, на глаза попались следы. Внимательно всмотревшись, понял, что существо, оставившее их, — человек, и носит примерно сорок второй размер обуви.

«Хочешь поймать Трофимова?» — зазвучал в ушах голос Нике.