Человек

К тому же у него была возможность разорвать связь, ведь я не сразу прикончил Валерия Николаевича. Не знаю, какие последствия от этого разрыва он испытал, но то, что теперь ему необходимо замести следы, — факт.

— Тогда садись в машину, поехали, — велела она

— Не станешь сдавать меня своей мегере?

— Во-первых, не мегере — Аделаиде Петровне. Во-вторых, я тебе верю.

Не знаю, чего в моем взгляде было больше: удивления или благодарности?

— Не обижайся, но маг из тебя хреновый. Самое начало пятого класса, я бы даже сказала, конец четвертого.

Чертить пентаграммы, изучать латынь и читать заумные книжки — явно не твой конек. А потому совершить убийство паренька ты не мог, — заключила Алиса.

— Спасибо на добром слове. Не знаю, радоваться мне или горевать, что тупым уродился?

— Думаю, ты будешь радоваться. С чувством юмора у тебя порядок. Хотя… сквозит от него отчаянием каким-то, болью и тоской. Прячешь все это за веселыми словечками, а на самом деле на стенку готов лезть.

«Психолог хренов!» — растерянно подумал я, а вслух сказал:

— О себе можешь не рассказывать!

Стаканчик с капучино полетел в кусты.

«Копейка» оказалась шикарной машиной: тонкий ретроруль, торпеда в классическом исполнении, приемник на старый манер, богатая велюровая отделка и механическая коробка передач! Последнее вызвало во мне особое уважение: современным фифам коробку-автомат подавай, а тут — надо же… Мне все это снится или российская машина действительно стала надежной и удобной? Фантастика, такое только в книжках бывает. Однако вот она — реальность две тысячи двадцать второго года.

— Как вам фильм, молодёжь? — отец внимательно смотрел на нас с Дашкой.

Он был командиром отряда ОМОН, руководил сложнейшими операциями по освобождению заложников, подолгу не бывая дома: бесконечные учения, вызовы, перелеты в другие страны. А сейчас вот выпала удача познакомить отца с невестой.

— Очень даже неплох! Хотя концовку затянули… — Даша заметно стеснялась, но твердо отвечала даже на самые сложные вопросы отца.

Что ж, присутствие офицера всех заставляет быть немного солдатами. Это я за долгую жизнь рядом с ним успел привыкнуть, а Дашка мялась как на экзамене.

— Ну, это же Тарантино! Он любит посмаковать, подержать в напряжении, — засмеялся он.

Виктор Сказов вопреки всеобщему мнению — мол, все вояки — тугодумы, способные лишь на исполнение приказов, — был умен. Именно он уберег меня от карьеры военного, посоветовав обратить внимание на радиоэлектронику.