Человек

— Почему маг остался жив, если Валерий Николаевич благополучно скончался?

— Валерий Николаевич в момент моего появления был связан только с сыном. А вот сын имел две связи: с отцом и неизвестным магом. Однако маг успел освободиться от Никиты до того, как я разобрался с отцом. Поэтому и остался жив. Не знаю, везенье это или холодный расчет. Кстати, на теле Валерия Николаевича была такая же пентаграмма, как и у патологоанатома. Это значит, что поначалу им также могли управлять, а уже потом он практиковал сам по себе.

— Однако эти пентаграммы не такие ценные, как та, что была уничтожена на теле Никиты.

И еще, выходит, Валерию Николаевичу помогли овладеть силой.

— Скорее всего так, — согласился я с Горынычем. — И сделали это для того, чтобы Валерий Николаевич, обезумев, провозгласил себя богом и решил переселиться в тело собственного ребенка. А такое колдовство требует подготовки. Неизвестному магу оставалось лишь вовремя устранить претендента и занять его место. Это объясняет, почему у мальчика была привязка к двум людям.

— Господи, куда катится этот мир? У нас появился способ переселяться в другие, более молодые тела, чтобы избежать смерти! — не веря своим ушам, воскликнул Горыныч. — А что с этими пентаграммами? Изучили?

— Не представляют никакой ценности, шеф. Нанесенные на тело, они подавляют волю, навязывают чужие желания, в общем, дают временный контроль. У нас такие разработки еще с прошлого года лежат, — ответил я.

— Значит, важна лишь пентаграмма на теле мальчика, которая полностью уничтожена, — нервно постукивая пальцами по столу, повторил шеф.

— Да, именно за ней и явился в морг неизвестный, завладел рассудком врача, ну… дальше вы знаете, — угрюмо подтвердил я.

Горыныч почесал затылок, затем со вздохом подвел итоги:

— Итак, на воле разгуливает маг, который владеет пентаграммой, способной навсегда перенести его сознание, разум и душу в чужое тело. А единственный след, который мог к нему привести, уничтожен.

Алиса мрачно опустила глаза на чашку с чаем, в которой плавала долька лимона.

Не сунься департамент со своими проверками и обвинениями, может быть, след удалось бы сохранить. Хотя бы сфотографировать рисунок — и то было бы лучше, чем ничего. Имея на руках приблизительный чертеж, ИМП прогнала бы его по базе, нашла зацепку, а так…

— Что с Мариной Ивановной, матерью Никиты? — поинтересовался Горыныч.

— Департамент взял ее под охрану и уже перевез сюда, в Санкт-Петербург. Женщина в безопасности. Хорошо еще, что сначала мы поехали в морг.