Человек

Монотонное гудение сводило с ума, а потому я был рад сменить обстановку. Наша позиция оказалась выигрышной: единственный выход — дверь в полу, а вылезать оттуда можно только поочередно. Все проще простого!

— Алиса, что это за пентаграмма? Для чего они собирают энергию?

— Это закрытая информация, прости…

— Департамент ведет свои расследования?

— Да. Только они гораздо серьезнее, чем бытовые преступления.

Бытовые?! Оперинженеры лезут в самое пекло, подставляя свои головы. У нас в отделении смертность десять процентов в год! Какие, к черту, бытовые?

— Не злись, — вдруг мягко добавила Алиса.

— Знаю, ты думаешь, что твоя работа опасна. Так оно и есть. Но мы расследуем дела на глобальном уровне. И, учитывая ту пентаграмму наверху, сейчас ситуация более чем серьезная!

— Но даже если это обыкновенный аккумулятор, зачем им столько энергии?

Рыжая бестия вздохнула, но все-таки сдалась:

— Это не просто аккумулятор. Он берет силу для «коридора», а вход в него где-то там, — она указала рукой на потайной лаз.

— И куда ведет этот «коридор»?

— Не важно. Главное — остановить практикующих. И еще, раз они смогли овладеть подобным мастерством, значит, отнюдь не новички.

— А ты не думаешь, что они прямо сейчас уже заканчивают? — спросил я.

— Нет. Тогда бы прекратилось гудение.

И как назло, словно черт сглазил, в помещении воцарилась полная тишина. Звуки теперь доносились только снаружи: гулял ветер, волны бились о камни, кричали чайки.

— А теперь можно паниковать?

Алиса, секундой прежде смирно сидевшая на ступеньках лестницы, сорвалась с места как ужаленная.

Я удивленно смотрел на девушку, не понимая всей серьезности происходящего.

— Скорее! — крикнула она, дергая за дверь, ведущую в подпол. Та не открывалась.

Теперь нам самим надо было попасть внутрь. Во что бы то ни стало. Однако мое стремление словно парализовало. Не знаю, что послужило тому причиной, может, ее недомолвки. Кто же любит, когда от него что-то скрывают.

— Отойди, — велел я, хватаясь за пантакль и бормоча заклинание.

От досок, закрывающих доступ вниз, не осталось и мокрого места. Я вынес их ударом кулака, даже костяшки не поцарапал. За дверью, которую я поначалу принял за подпол, таился густой мрак, сквозь него с трудом угадывалась ржавая лестница. Ступени уходили вниз, но далеко не просматривались — метров пять, не больше.

Мы замерли в нерешительности. Спускаться вниз? А если прямо сейчас маги направляются назад? Все наше выигрышное положение сведется к нулю.