Человек

Профессор подошел к столу, открыл ящик и достал пачку папирос. Таких уже давно не выпускают.

— Хороший табак, остались запасы еще со времен Советского Союза. Не чета нынешней отраве! — произнес Трофимов, держа в руках «Беломор».

Он закурил прямо в кабинете. Горький дым поплыл по помещению.

— Я нашел способ, точнее союзников, которые помогут сделать этот мир чище, — выдыхая струю белого облака, сообщил профессор.

Алиса подалась вперед, но я остановил ее жестом.

Пусть скажет.

— Они уже давно создали идеальную цивилизацию.

Мы о такой можем только мечтать! Но для того чтобы изменить Землю, им нужна помощь. Им нужен я.

— Но ты слишком стар для переворота… — формальности остались позади, мы подошли к самой сути.

После его слов наконец-то все станет ясно.

— Да, — молвил профессор. — Я слишком стар, но далеко не глуп. Жертвы — заметь, инженер, если бы не ты, то она была бы всего одна! — необходимы. Но сейчас уже слишком поздно: колесо сансары закрутилось, и его не остановить ни тебе, ни этой глупой девчонке, — он смерил Алису презрительным взглядом.

— Жаль, что те, кого ты выбрал в союзники, не верят в судьбу, — вмешалась она.

— Им и не надо. Люди и они — изначально разные. Впрочем, меня предупреждали, что ты объявишься, а также, что не сможешь понять.

— Кто предупреждал? — спросил я.

— Гости, — коротко ответил Трофимов.

Папироса догорала в его жилистой руке.

— К сожалению, по твоей вине мне не удастся занять тело мальчика. Но они обещали мне другое тело, молодого создания, которое само решило принести себя в жертву ради нашего общего блага.

Разве это не высшая добродетель?

— Александр Терентьевич Трофимов! Вы арестованы за убийство двух людей, за эксперименты над людьми, за вмешательство в психику неопытного мага, — я выносил приговор и делал это со странным чувством на душе.

Желание прикончить этого человека куда-то пропало. По сути, он был прав — мир может стать чище, но у людей не хватает смелости совершить переворот всем вместе, так, чтобы не было жертв. Земляне никогда не смогут договориться между собой.

Да, им нужна одна твердая рука, которая будет править безраздельно. Но чтобы такой человек стал у власти, он должен быть не с этой планеты. Он вообще должен быть не человеком.

— Пусть так, Алексей. Но, боюсь, у тебя и твоей подруги не хватит сил меня задержать.

Мы все замерли.

Профессор затушил окурок в пепельнице, которая была в ящике стола, и выжидательно уставился на нас.

Пистолет можно было не доставать — не сработает.