Человек

Знал, что Дима прав, знал и верил в свою удачу или неуязвимость.

— Кирилл, ты же старший! Какого дьявола позволяешь ему проносить спиртное? — спросила Алиса.

— Чисто в экспериментальных целях! Интересно же, когда он все-таки застрянет в лифте на пару суток…

— Ах ты, гад! — вспыхнул Дима.

— Да я-то что, Дим? — ответил Таракан. — Там защита такая — грохнешься! И только у тебя выходит протащить спиртное.

Паренек явно успокоился, даже начал улыбаться. Ему такие слова — похвала и гордость.

— Я просто кодировку видел, ну и половину датчиков, отвечающих за сигнал тревоги, — ответил он.

— Все знают, что там за датчики! — добавил Таракан. — Но вот только тебя они и пропускают. Хоть бомбу с собой неси…

— Не, — мотнул тот головой. — Бомбу сложно: если заподозрит неладное, не отбрешешься.

— Так ты с ней болтаешь? — изумляется Таракан, имея в виду тот самый голос в лифте, который спрашивал Алису, куда она собирается ехать.

Димка испуганно заткнулся. Не хочет раскрывать своих тайн. Интересный экземпляр, ничего не скажешь.

Ребята, похоже, уже и забыли, что только что проштрафились.

Алиса делает шаг вперед. Один-единственный. И они тут же поднимают голову чуть выше, словно стремясь заглянуть за забор, где лает злая собака, и оценить размер угрозы, если цепь все-таки не выдержит, а они будут продолжать пытаться стащить яблоки с чужого двора.

В воздухе повисает напряженное молчание. Но его вдруг нарушает третий голос.

— Да прекрати ты их пугать. Таракана не переделать, как любил курить в помещении, так и будет.

Этого человека, как ни странно, я прежде не заметил. Все это время он сидел в углу, помалкивал, наблюдал. На чем он тут специализируется, интересно?

— Лучше представь нам гостя, хотя это, в общем-то, и не требуется: Алексея Сказова и так все знают. Но все же приличия ради надо бы познакомиться, — рассудительно добавил он, совершенно не стесняясь упоминать мое имя.

— Боже мой, — взмолилась Алиса. — Ну вот как мне из вас сделать команду? Один еще совсем пацан, другой скоро рак легких заработает, третий… — она не смогла сразу подобрать нужного слова.

— …не поддается обычному описанию, — высокопарно, но бесстрастно закончил тот, который и был третьим.

— До хрена рассудительный философ! — тут же нашлась Алиса.

Человек, занимавший кресло в самом дальнем конце комнаты, не ответил ни ухмылкой, ни даже обыкновенной улыбкой.