Добромысловъ Plaza

Но не пропускать же такую чудесную ветку шиповника с красными ягодками, скованными прозрачным льдом. И яблонька расчудесная – с раскидистыми ветвями, тоже покачивается и будто звенит.

Увы, красоту пришлось оставить за спиной. А впереди ввысь стремилась тёмная «Плаза».

Лифт не работал. Предчувствия оправдываются. Вниз-то Надя спустилась без проблем, хотя и в кромешной и отчего-то вонючей темноте. Лампы снова кто-то выключил. А вот взбираться на пятнадцатый этаж она ещё не натренировалась. Расстегнувшись и пыхтя, добралась до пятого этажа и поставила пакет на пол, чтобы отдышаться.

В горле засаднило, кашель не заставил себя ждать. В воздухе чувствовался запах табачного дыма, на полу темнел размазанный пепел и валялись окурки.

Между седьмым и восьмым этажами поблёскивали две липкие лужи, которые с утра Надя не заметила. Под девятым кто-то понаписал маркерами на стене похабных стишков. На лестнице десятого наблевали. Хорошо, что Надя в утренней темноте сумела не вляпаться.

Чем выше поднималась Надя, тем сильнее в ноздри бил кисло-гнилостный запах, а сапоги всё чаще наступали на разбросанный по полу мусор.

Ясно, последствия вечеринки Пэт. Вот её дружкам без разницы, куда ехать, для них глухая окраина – не повод отказываться от выпивки.

Самым грязным оказался Надин пятнадцатый этаж – по стенам размазана то ли грязь, то ли что похуже, рвотная лужа, ещё одна лужа, фантики, битое бутылочное стекло.

Надя достала ключ. Ручку двери перемазали тем же, чем и стены. Плюс на неё оказались намотаны волосы, а из-под них торчала тонкая швейная игла.

От желания влепить Пэт пару оплеух руки затряслись. Кое-как, намотав на руки бумажные платочки, Надя открыла дверь, занесла пакет в квартиру. Об уборщице она ничего не слышала. Но не оставлять же всё это безобразие на площадке. В конце концов, это её дом. Теперь. Почему-то.

Шумно выдохнув через надутые щёки, Надя быстро переоделась, достала из-под мойки резиновые перчатки, упаковку кухонных поролончиков, мусорный пакет и тряпку для пола.

И передумала убирать. Села на стульчик в прихожей. Вообще-то, она здесь собственник, а не поломойка.

«Вот и ходи теперь по грязи, собственник, – сказал мамин голос. – Можешь ещё встать на четвереньки и похрюкать».

Ещё раз выдохнув, Надя подобрала свой уборочный скарб и вышла-таки в коридор. Ладно, только свою площадку надо помыть, остальные сами разберутся. Мусор с пола просто смела в мешок, лужи залила жидким мылом. Пока оттирала стены, обнаружила паутину трещин.