Не ведьма я!!!

От него к Джеку прошла ещё одна волна света и нехороший дядя мгновенно рассыпался на тысячи мерцающих пылинок. Они закрутились маленьким торнадо, разок попытались дёрнуться в сторону Полины, но подгоняемые требовательным "гу!", умчались в темноту, как струйка втянутого в вентиляцию дыма.

Поля обмякла от облегчения. Девушка не понимала, КАК это могло произойти, но была абсолютно уверена в том, что только что чудом пережила встречу с призраком, реинкарнацией или чёрт его знает чем, Джека-потрошителя.

Тело разом ослабело, уши словно заложило ватой. Горделиво обернувшийся филин озабоченно ухнул и бросился к заваливающейся на бок подопечной.

Он чуточку запоздал и Поля ко всему прочему, ещё и головой о торчащий из мостовой камушек ухитрилась приложиться. Птица, замершая в лёгкой растерянности над потерявшей сознание Полиной, вдруг встрепенулась и снова исчезла из виду, превратившись в забавную картинку. Прямо напротив девушки скрипнула, открываясь, дверь и только что вернувшуюся темноту прорезал прямоугольник света.

Высокий нескладный парень с ведром в руке на мгновение замер, разглядывая открывшуюся картинку, и бросился назад в дом.

Вернувшись через пару минут с монументальной дамой в длинном платье, он молча ткнул пальцем в Полину. Дама присмотрелась, задумчиво похлопала по ладони сложенным веером и кивнула. Парень легко подхватил тоненькую невысокую девушку на руки и внёс её в дом. Дама подозрительно всмотрелась в окружающий мрак, пожала плечами и захлопнула дверь.

5. Этюд в свекольных тонах

Диван, обитый фиолетовым бархатом, и светло-лиловый торшер на кокетливо изогнутой ножке смотрелись очень гармонично и изысканно. А вот грязная и чуток оборванная особа, лежащая на этом диване, в обстановку совсем не вписывалась.

Впрочем, даму, неподвижно сидящую в массивном кресле за кругом света, эти мелочи не смущали. С напряжённым, каким-то жадным вниманием она разглядывала побледневшую мордашку с чуть неправильными мелковатыми чертами.

Когда-то тщательно распрямлённые в парикмахерской волосы Полины спутались и вились мелкими колечками цвета гречишного мёда, заодно потеряв в полёте и модный оттенок рыжего. На щеке красовалось грязное пятно, широковатая майка, подранная филином, сползла с одного плеча, обнажив трогательно-хрупкую ключицу. Личико было довольно милым, хотя никто в здравом уме не назвал бы Полю красавицей.