Море волнуется раз...

Убранство, насколько я могла судить, когда-то было богатым, с намеком на некоторую роскошь, сейчас же элементы декора, лепнину потолка и каминную полку покрывал слой пыли, а в углах притаились сети пауков.

Заинтересовавшись картиной, висевшей над камином, я пропустила момент, когда вернулся хозяин. Картина изображала царственную пару. Величественная женщина с пепельно-сизыми волосами восседала на кресле, которому больше подошло название трон, а за ее спиной возвышался мой новый знакомый. Только одежда и украшения на них были, как из прошлого или даже позапрошлого века - шею женщины украшало ожерелье из жемчуга с перламутром, платье ниспадало к полу волнами с барашками пены, мужчина же был в расшитом камзоле, с золотой цепью на шее и старомодной, уложенной локонами, прической.

- Гертруда... - с теплотой в голосе протянул он, заметив мой заинтересованный взгляд.

Я вздрогнула. Так вот кого мне напомнила женщина! Гутя, как на старых фотографиях! Тут до меня дошло, что я не удосужилась спросить своего проводника кто он или хотя бы как его зовут.

- Кто вы? - запоздало, но все же осведомилась я.

- Я? - мужчина хохотнул, снова продемонстрировав клыки и кивнул на портрет. - Я - князь-колдун Василий!

Тут до меня окончательно дошло, что на портрете изображен он и моя тетка. Только, видимо, очень и очень давно - краски потемнели и потускнели от времени.

- Переоденься, а то не от любопытства, так от холода помрешь, - он вручил мне ворох одежды и кивнул на маленькую дверь в углу, которую я не заметила ввиду ее размеров относительно всего остального.

Уговаривать себя в этом вопросе я не заставила. Прошмыгнув в указанном направлении и закрыв за собой дверь, я обалдело оглянулась.

Вот тебе и приключения. Вот тебе и занудная работа. Вот тебе и старушкино восьмидесятилетие.

Комната была обставлена простенько - кровать вдоль стены, комод под окном, умывальник рядом с дверью. На полу коврик пушистый. Попытка выглянуть в окно успехом не увенчалась - темень была, как в подвале, только капли дождя стучали снаружи, подсказывая, что окно ведет все-таки на улицу.

Разложив на кровати вещи, выданные мне для переодевания, я стянула мокрую куртку, рубашку и джинсы. Подумав, добавила к мокрой куче на полу и белье. Тяжело вздохнула. Ну да, все правильно, получите-распишитесь. Мягкие кожаные брюки и свободного покроя туника оказались впору, а жилет из плотной ткани - в тему, учитывая, что рубашка почти просвечивалась.