Море волнуется раз...

Тут я усмехнулся в открытую, но из дальнейшего текста стало понятно, что она действительно разбиралась в том, о чем писала. Интересно, это ее Гертруда надоумила пойти учиться? Или они тут все такие.

- Дальше тут всякие клипы... О! А задница, оказывается, у нее ничего... Как это я не замечал? А вот видео с деревни, помогает бабке огород копать. Смотреть будешь?

Я сначала решил, что ослышался. Потом - что чего-то не понял. Следующая мысль подвела закономерный итог под обеими предыдущими.

Он надо мной продолжает издеваться.

Съехав на обочину, развернулся к нему всем корпусом.

- Показывай, - мой тяжелый, как предгрозовые небо, взгляд действовал на всех одинаково.

За исключением, видимо, энергетических вампиров. Или этого конкретного, самого наглого, представителя своего Клана. Он спокойно развернул ко мне свой телефон.

На экране симпатичная девица с заплетенными в две косы платиновыми волосами танцевала вокруг лопаты в настолько коротких штанах, что я бы покраснел, если бы знал, как это делается.

Широкая рубашка с длинным рукавом никак не компенсировала... гм... открытые ноги.

Кое-как справившись с незнакомым до этого мне чувством, я попытался закрыть видео, но следующее поразило меня еще больше. Не было сомнений, что это и есть Николетта - слишком узнаваемые черты марен, хоть и от отца ей что-то досталось. Но, видимо, так немного, что сразу и не скажешь...

Длинное серебристое платье до пола, платиновые волосы, убранные в высокую прическу, тонкие цепочки в ушах, на шее и запястьях.

Она держит в тонких пальцах стеклянный бокал и машет рукой тому, кто находится... на его месте. Темные дни!

- Понятно, - хрипло выдавил я, протягивая Алексу телефон.

Я честно постарался сделать это спокойно и, развернувшись за руль, уставился в лобовое стекло. Вдох. Выдох. Это всего лишь движущиеся картинки. Почти магия. Замена магии для тех, кто обделен этой могущественной силой.

Юная марена, а Николетта, безусловно, была мареной, завораживала. Это нормально. Это их сущность, данная Великой Праматерью в начале времен своим дочерям. Но собственная реакция меня озадачила - пересохшее горло и какая-то тоскливая тяжесть в груди - совсем не те ощущения, которые испытывает охотник во время погони.

- Эй, Кемстер, - спустя неизвестно сколько времени, нерешительно позвал меня вампир. - Ты в порядке? Что-то ты бледнее меня.