Здесь и сейчас

Затем добил скулящего от ужаса Костяна из арбалета Виталия.

Запах крови сводил с ума. Но я держался. Обещал себе стейк с розовым нутром, пока стаскивал трупы в один сарай. Уверял, что побалую себя сырым фаршем из соседнего супермаркета, поджигая покрышки. В красках представлял парное мясо из мясной лавки за домом, укладывая тела Костяна и Виталия так, словно они убили друг друга, пытаясь скрыться с места преступления. Поссорились с приятелями, подстрелили тех, подожгли сарай, пытались бежать, но что-то пошло не так.

Вонь горящей резины перебила аромат крови, и стало легче. Я вернулся в сарай, где спрятал одежду, и заставил себя вернуться в человеческий облик. Торопливо оделся: как же холодно, оказывается! Зато никаких следов на мёрзлой земле не останется. И быстро-быстро, срываясь на бег, пошёл домой.

Утром в новостях сообщили о пожаре в здании бывшего пейнтбольного клуба. Найдено шесть тел. Предварительная версия — инцидент на почве алкоголя и личной неприязни.

Я усмехнулся, доел сырой фарш и пошёл на работу.

Свинья

— Пойдём, пожалуй! — Баирка поднялся и сладко, до хруста, потянулся. — А то до темноты не успеем, бабуля ругаться будет.

— Ой, и правда, темнеет уже! — Аюна подскочила, отряхнула цветастое платьице и поглядела в темнеющее небо. — Только что же закат был!

Брат и сестра пошли вдоль реки. До деревни всего ничего — километра полтора. Сначала по берегу Баргузина, потом налево по кочкам, поросшим травой и фиолетовыми цветами. А там и первые заборы — от них до знакомого дома с зелёными ставнями и густой черёмухой в палисаднике за пять минут можно успеть.

— А знаешь, почему бабуля не велит по темноте ходить за деревней? — зловещим голосом произнёс Баирка — уж очень смешно сестрёнка пугалась, даром что старше на целый год.

— Не знаю и знать не хочу! — замахала руками сестра.

— Это потому, что где-то рядом с деревней...

— Ай! — Аюна зажала уши руками и подумала: ну почему Баирка бывает такой несносный? Ведь чудесный мальчик был, а теперь то страшилки рассказывает, то лягушку ей подбросил, то бабуле мышь в сумку сунул.

Брат сначала скакал вокруг, пытаясь рассказать какую-то жуткую выдумку, потом убежал вперёд разглядывать страшенную корягу с чёрными ветками-лапами.

Аюна отняла руки от ушей, поправила браслетик на правом запястье и поёжилась — от воды тянуло стылой сыростью, а ведь днём так хорошо было!

Вдруг за спиной послышались шаги и тяжёлое дыхание.