Киндрэт. Кровные братья.

Рамону было в принципе плевать на людей, но он не возражал против того, чтобы асиманам прищемили хвост.

— Что вы имеете в виду, дорогая Леди? — осторожно поинтересовался Амир, закрываясь тяжелым мощным щитом от моих настойчивых всепроникающих сенсоров. Но это было бесполезно, я продолжал чувствовать его раздражение и злость.

— Я имею в виду, дорогой лорд, участившиеся случаи нападения на людей. Со смертельным исходом.

— Из-ви-ни-те, — процедил Амир, оскорбленно раздувая ноздри, и погрозил пальцем всем присутствующим.

— Бездоказательно. С чего вы взяли, что это наша работа?.. Впрочем, даже если бы и так. Мы не подписывали вашей Клятвы о гуманном обращении со смертными.

— Вы живете на нашей земле, — произнес глава вьесчи, глядя в полированную поверхность стола, и его черные испанские брови сошлись у переносицы.

«Режьте смертных, сколько хотите, но зачем оставлять после себя трупы?!» — услышал я.

— Восемнадцатый век, — продолжила Фелиция, пристально глядя на раздраженного оппонента.

— Как вы помните, именно тогда была Первая Вампирическая Эпидемия[7].

Так ее назвали люди. А киндрэт она принесла массовое истребление. Вы помните, какую «охоту на вампиров» устроили смертные? И все потому, что многоуважаемые тхорнисхи, — взгляд, полный презрения, в сторону «заместителя» Миклоша, — считали слишком унизительным для себя убирать мертвые тела.

Тот лишь сладко прищурился в ответ, и ко мне приплыла яркая картина.

Улочка старинного города. Дома, почти соприкасающиеся крышами. Грязь, вонь, в которой смешиваются «ароматы» гниющих отбросов, густой смрад разлагающейся плоти... И человеческие тела с разорванными шеями, вывернутыми конечностями, наваленные в груду у стены.

Так представляют себе рай тхорнисхи. Одна часть людей валяется на улице мертвой. Другая — сидит в резервации.

Внезапно я испытал чувство признательности и уважения к Фелиции, которая сдерживает это безумие.

Сейчас лишь клан Даханавар в состоянии останавливать наших братьев-выродков от начала новой резни.

— Эта «вампирическая эпидемия» закончилась ничем. Охота на киндрэт превратилась в глупейший фарс! — Амир огляделся по сторонам в поисках поддержки.

Естественно, все присутствующие главы помнили те времена. Рамон Вьесчи кивнул едва заметно, и я разобрал: «Но сколько сил и денег было потрачено на то, чтобы успокоить смертных».