Конторщица-2

Я осталась на кухне: меланхолично шлепнула комочек начинки на тесто и принялась осторожно залеплять края, как вдруг бубнящие звуки, которые доносились от входной двери, начали набирать обороты и переросли в ругань.

Со вздохом бросив недолепленный пельмень, я выскочила в коридор. Там, подбоченясь, стояла сердитая Римма Марковна и что-то выговаривала не менее сердитой Элеоноре Рудольфовне.

Капец.

Что-то вечер перестает быть мирным.

Но и скрываться смысла не было, тем более Элеонора Рудольфовна меня уже увидела.

– Вот! – закричала она, и тоже, как давеча я, помахала у Риммы Марковны под носом мятой бумажкой.

Дежавю прямо какое-то.

– Это что? – спросила я (хотя и так было все ясно).

– Заявление! – выпалила Элеонора Рудольфовна и с видом победителя посмотрела на меня.

– Неужели? – покачала головой я, округлив глаза, – вот видите, Римма Марковна, Валерий Горшков настолько аккуратный и ответственный человек, что переписал заявление каллиграфическим почерком и отправил Элеонору Рудольфовну заменить старое.

Элеонора Рудольфовна побагровела, а я хихикнула (ну, не удержалась, бывает).

– Не паясничай, Лидия, – сказали хором Римма Марковна и Элеонора Рудольфовна, и сердито посмотрели сначала дуг на друга, а потом – на меня.

Ответить мне не дали, так как в полуоткрытую входную дверь юркнула сначала Лёля, а следом за ней явилась и Нора Георгиевна:

– Добрый вечер, соседи, – категорически вежливо поздоровалась она и рентгеновским взглядом прошлась сначала по мне, потом по Римме Марковне и, наконец, остановилась на Элеоноре Рудольфовне.

– Что вам моя Ольга?! – взвизгнула Элеонора Рудольфовна и неприязненно посмотрела на Нору Георгиевну.

Но Нора Георгиевна была опытным бойцом и такими экзерсисами смутить ее было нельзя.

– Ах, так вы и есть маман той испорченной девицы? – сморщила нос Нора Георгиевна и демонстративно посмотрела на нее поверх очков, с явным осуждением.

А Лёля грозно тявкнула и быстро спряталась за мою ногу.

– А что же Вы отпрысков-то не воспитываете, как полагается советскому человеку? – сурово нависла она над лидочкиной почти бывшей свекровью. – Неудивительно, что здесь не квартира, а кардибалет получился.

– Не смейте! – взвизгнула Элеонора Рудольфовна.