Все новогодние чудеса

Кухарка уже подала кофе и завтрак в гостиную. За окном царила тьма. Редкие огоньки, зажигающиеся в деревенских окнах, были похожи на тонкий ручеек на дне каньона, в сияющую реку центральная улица Гриндельвальда превращалась лишь ближе к вечеру.

Ёлку из зала ещё не убрали и гирлянда, новомодное украшение, загадочно мерцала в полумраке. Устя, которая приворялась, что ей нет дела до всяких электрических штук, бежала включать гирлянду едва проснувшись.

Свежевыбритый и бодрый муж пришел к столу по-домашнему, с полотенцем в руках.

— Лизонька, почему ты грустишь?

— Не знаю, — она пожала плечами. — К вечеру пройдет.

— Устала от суеты и не хочешь гостей?

— Паша, не придумывай! Я очень жду твою маму, брата с женой и их сорванцов.

— Там один сорванец и две милых барышни.

— Хммм, я бы поспорила с этим утверждением, — Лиза вспомнила проделки «милых барышень», которым была свидетельницей, но про которые не знали родители «ангелочков» и наконец-то рассмеялась.

Москва, 31 декабря 1911

Анисья крутилась перед зеркалом, собираясь на лучший московский каток.

Сегодня на Патриарших прудах снова давали музыкальное представление, Тоня уже забронировала им билеты. Девушка выбрала шляпку понаряднее, а юбку покороче, ту, которую носила в старших классах гимназии. Подол, конечно, не доставал даже до щиколоток, зато не путался в ногах на крутых поворотах. Коньки уже лежали в ранце, Нюся обулась, накинула короткую шубку и помчалась на остановку, до катка было всего четверть часа на трамвае.

Ждать пришлось недолго. В тесном вагончике ей досталось место у окна. Девушка смотрела на проплывающие мимо дома, украшенные витрины магазинов, на спешащих прохожих и мечтала о будущем. Пусть наступающий год подарит ей встречу с тем самым, с единственным, предназначенным ей Судьбой. Чтобы он любил её, как дядя Паша тётю Лизу и был готов достать хоть звезду с неба, хоть секретный рецепт. Кстати, от дяди Паши вчера пришла телеграмма всего в одно слово и с тремя восклицательными знаками: «Спасибо!!!».

Значит, не зря Осип уговаривал отца раскрыть тайный ингредиент, а она распотрошила свою копилку, чтобы отправить самое большое послание в истории московского телеграфа.

У входа на каток Нюсю уже ждала подружка.

— Пошли скорей, пока места получше не заняли!

Толпа вокруг сцены собралась такая, что ближе было не протиснуться, а из-за спин зрителей видно было немного. Вдруг кто-то дотронулся до плеча Анисьи.

— Здравствуйте.