Плетение удачи

Что-то другое, отчаянно пульсирующее в крови, наоборот, утверждало, что Марк первоклассный атлет и обгонит даже звук, не то что злобную кошку.

Внутренняя баталия не завершилась ничем, потому что нога Марка зацепилась за какую-то корягу, заставив распластаться на земле, и он едва не напоролся на сад из воткнутых в землю арматур.

Злобный рык раздался совсем близко. Марк вскочил на ноги, совершив оборот вокруг своей оси как первоклассный балерун. Взгляды хищника и его жертвы встретились. Уши тигра были плотно прижаты к голове, морда скалилась, мощные мышцы перекатывались под яркой шкурой.

Зверюга готовилась к прыжку.

Марк неосторожно взмахнул рукой и раздался громкий, пробирающий до костей металлический лязг: арматура в его руке, подобранная непонятно как и когда, ударилась о какую-то другую железяку.

Тигр замер и снова зарычал, опять пригибаясь к земле для атаки. Как сумасшедший Марк с громкими воплями начал лупить арматурой по всему подряд. Зверь смутился от резких звуков и отступил на полшага назад.

— Ну давай, скотина, чего испугалась! — Марк сам себя не слышал в этой какофонии, но продолжал орать, что есть сил.

Тигр не отступал, но и не решался рвануть вперёд. Вдруг на него откуда-то сзади упала верёвка. Хитрое плетение само по себе обвивало гибкое туловище со всех сторон и затягивалось, обездвиживая зверя.

— Марк, ты в порядке?! У тебя кровь идёт!

Дина обогнула связанного тигра, злобно рычащего и изо всех сил пытавшегося вырваться из пут, к счастью, безуспешно. Она достала что-то из сумочки и начала протирать Марку лоб.

Неприятно защипало. Юноша медленно осел на землю. Дина трясла его за плечи.

— Марк, ответь, ты в порядке?

— Я… Да, кажется, — он посмотрел на свои руки, как будто видел их в первый раз, попробовал пошевелить конечностями.

— Несколько ссадин получил и колено расшиб. А с этим что делать? — он ткнул в сторону извивающейся на земле кошки.

Казалось, пойманный хищник только и ждал, когда на него обратят внимание. Его очертания начали плавиться, фигура уменьшаться в размерах.

Бесформенное облако продолжало таять, пытаясь выскользнуть из пленения зачарованных верёвок, но не тут-то было: чем сильнее оказывалось сопротивление, тем крепче стягивался капкан. Нечто снова трансформировалось и обрело птичий вид.

У Марка окончательно отвисла челюсть. Если странное поведение верёвки ещё можно было оправдать хоть чем-нибудь, то представшая сейчас перед глазами сцена точно была за гранью добра, зла и здравого смысла.