Княжич

Мне без разницы, что станет с толпой бывших уголовников, но ваши притязания в попытках исправить тяжёлых людей находят отклик в моей душе.

-- Я добиваюсь того, чтобы подобных слов не произносили потомки, ваше сиятельство. На этом у меня всё.

-- Можете идти, господин Таока. Если вы говорите правду, то ваш вклад Царь-Император оценит по справедливости.

Когда господин Таока ушёл, Волховский с непониманием взглянул на отца.

-- Ты пошёл на сделку с преступником? -- поинтересовался княжич. -- И вы воевали вместе? Ты мне об этом не рассказывал.

-- Он был преступником, но исправился, и стал героем войны, -- пояснил князь. -- Поверь, господин Таока сделал достаточно добрых дел. Его альянс не только оказал огромнейшее влияние на исход войны с США. Он вычленил из альянса радикалов, и сослал их в японскую резервацию, чтобы они не мешали нормальным людям жить и заниматься бизнесом. Царь-Император посчитал это большой заслугой перед обществом. К тому же, я всего лишь дал ему немного времени, а не полностью укрыл его.

Если дьявольский сад не будет найден, альянсом займётся государственная служба безопасности.

-- Сдаётся мне, отец, что он обманщик, -- с подозрением произнёс Волховский. -- Ему ничего не стоит пустить тебе пыль в глаза.

-- Это бессмысленно. -- Князь покачал головой. -- Ему, как раз, ничего не стоило скрыть факт существования ликориса, чтобы вывести своих людей из-под удара. В таком случае можно было бы спокойно взращивать партию цветов для нанесения нового удара. Господин Таока сильно помог нам, и даже подставился сам.

Учись вести дела, и искать компромиссы.

-- Я понял, отец. -- Кивнул Волховский.

-- Тогда отправляйся на занятия, -- велел князь. -- О Сердцах пустоты и Кенши-умбра мы поговорим позже. Кстати, если хочешь, я могу оставить ликорис в твоей лаборатории. Изучи его и сожги, о результатах доложи мне.

-- Хорошо. -- Кивнул Волховский. -- Оставь цветок на верстаке.

-- Оставлю, -- согласился князь.

Волховский покинул обеденный зал, переоделся в студенческую форму, и вышел через парадный вход, у которого ожидал кортеж.

Всю дорогу к зданию института он глядел в окно, провожал взглядом погасшие рекламные вывески, и думал над встречей: "новая война -- звучит серьёзно. Кто бы мог подумать, что причиной глобального противостояния способен стать невзрачный ликорис?"

Сигнал смартфона вырвал Волховского из размышлений, когда кортеж был неподалёку от института. Он ткнул пальцем по иконке мессенджера, и прочёл короткое сообщение от Попова: "Помоги.