Княжич

Вывести вечный бензин на массовый рынок при таких параметрах невозможно. Получится очередной товар исключительно для элит, а Волховский хотел повторить достижение Генри Форда из его мира, и сделать нечто, доступное всем.

Волховского посетила внезапная мысль. Он покосился на ликорис, затем перевёл взгляд на колбу, и подумал: "может, попробовать сделать ликорис вспомогательным компонентом?", а потом тут же осёкся. Все же, это растение из дьявольской флоры. Мало ли что случится, если сделать его частью состава топлива.

Но с другой стороны, отец ведь всё равно велел уничтожить цветок вместе с конвертом. Так какая разница, где ликорис сгорит?

Волховский всё же решил, что эксперименту быть. Мир меняли учёные-хулиганы, а не трусы, которые боялись смелых экспериментов.

Он взял ликорис, поместил его в лоток синтезатора, и налил в колбу немного бензина. Оставалось только задать нужные энергетические параметры, что Волховский и сделал.

Глава 7

В колбе загудела камера внутреннего сгорания.

Волховский на всякий случай взялся за рукоятку катаны, и с замиранием сердца глядел, как диаграммы на дисплее управления неуклонно ползли вверх. С другими топливными присадками подобных показателей и близко не удавалось достичь. В колбе плескалось всего-то сто миллилитров бензина, но горели они долго, будто бы сто миллилитров превратились в литр. Пламя погасло, вспыхнули последние пары, однако повода расстраиваться не было.

Напротив, Волховский так обрадовался, что не выдержал, и сдержанно произнёс: "эврика", как некогда сделал древнегреческий учёный из его мира, Архимед.

Неважно, что не вышло зациклить процесс горения в бесконечность. Важно, что горение удалось продлить в десятки раз, а исследование сдвинулось с мёртвой точки. Достижением цели такой скромный успех не назовёшь, но большим шагом вперёд -- вполне.

Тут же Волховский взял смартфон, позвонил отцу.

-- Поздравляю, сын, -- одобрил Станислав Александрович. -- Ликорис сгорел?

-- Сгорел, -- подтвердил Волховский, и нервно забарабанил пальцами по столу.

-- И если бы ты позволил, я бы хотел использовать ещё парочку цветов, чтобы закрепить результат и улучшить его. Можешь помочь мне добыть их?

-- Этому не бывать, -- спокойно отказал князь. -- Я в принципе позволил тебе прикоснуться к цветку лишь потому, что он был мёртв. Неизвестно, что получится, если в твоей колбе окажется живое растение.

-- Оно сгорел вместе с бензином, -- ответил Волховский.