Княжич

От шума во дворах взвыли автомобильные сигнализации, улицу заволокло бетонной пылью. Маги Каменной шестёрки обрушили здания вместе с перекрытиями, превратив их в непроходимые руины.

-- Оставайтесь в машине! -- велел дружинник, выскочил наружу, и захлопнул за собой дверь.

-- Любопытно, -- Молчанова отреагировала равнодушно. -- А у вас насыщенная жизнь, княжич. Меня вот убить никогда не пытались.

-- Твою мать! -- запаниковал Попов. -- Просто чудесно, мать вашу! Моя жизнь когда-нибудь перестанет становиться хуже?! Так! Не паниковать! Не беспокойтесь, сударыня! Я смогу вас защитить!

Попов потянулся к шпаге Молчановой, но Молчанова в ловком захвате вывернула ему ладонь, и произнесла спокойно: "Не распускайте руки, лорд".

Этому увальню, думала Молчанова, шпагу отдавать нельзя. Ненароком заколет или себя, или Волховского. Не приведи Боже Волховского -- тогда точно придётся наложить на себя руки.

-- Твою мать! Твою же мать! Как больно! -- закричал Попов. -- Сударыня, отпустите!

И Молчанова отпустила Попова.

Снаружи загремели автоматные очереди, засвистели пули и послышался пронзительный визг рикошетов.

Один из охранников занял позицию за бронированной дверью внедорожника, и заметил впереди трёх наёмников, включая Скалу. Они вальяжно шагали с мечами наголо, огнестрельного оружия при себе не имели. Дружинник рискнул высунуться и дать короткую очередь. Он хотел загнать врагов в укрытие и вытащить княжича, но просчитался.

Наёмники синхронно скастовали каменные щиты и прикрылись ими, пули с визгом срикошетили.

Затем щиты обратились кольями, и наёмники швырнули их в дружинников. Колья на сверхзвуковой скорости рванули вперёд, прошили внедорожник навылет, верхняя часть туловища дружинника взорвалась кровавыми брызгами и ошмётками мяса, разлетелись по сторонам обломки костей. Пассажирское окно лимузина забрызгало кровищей почти полностью, от чего Попов побледнел лицом и едва не блеванул.

-- Нет уж! -- Закричал Попов, и схватился за дверную ручку. -- Я не дам вам подохнуть в этой консервной банке! Отвлеку их на себя! Бегите!

Молчанова с безразличным видом смотрела в никуда, будто бы снаружи не было никакой перестрелки, и героизм Попова её не впечатлил.

"Сдохнет же, дурачок", -- подумала она.

-- Не вздумай! -- Волховский попытался схватить Попова, но не успел.

Попов распахнул дверь, вывалился наружу, и увидел, как трое наёмников обрушили на позиции дружинников каменные колья. Дружинников прикололо к земле будто бабочек булавками, и по асфальту потекла кровь.