Наследие стражей. Иди... Том 1 и Том 2

Короче, вот так и вышло, что теперь, когда из под моей руки выходила вся рекламная продукция, пришлось-таки научиться разбираться и в современных строительных материалах, и в новых архитектурных веяниях, тенденциях в обустройстве придомовых территорий и, соответственно, декоративности различных растений. Мне нынче по должности полагается уметь излагать доходчиво, что в наших новостроях есть такого замечательного, чего у конкурентов нет.

А потому в старом дворе приморского городка мне и кинулись в глаза: и по нашему времени страшненькие панельные девятиэтажки, и врытые в землю несуразные лавочки совдеповского образца.

Но богатые розы с гортензиями и десятиметровые каштаны я также не мог по достоинству не оценить. Да и детская площадка на мой, нынче профессиональный взгляд, оказалась довольно неплоха.

Впрочем, в мое-то детство все еще здесь по простому было.

Пожухшая трава на месте детской площадки особо стойкими проплешинами указывала самые «популярные» места: вдоль веревок для сушки белья, натянутых меж столбами и перед рамой для выбивания пыльных ковров, которую местные мальчишки как футбольные ворота использовали.

Деревья вот, несмотря на ту же вроде высоту, были чахлыми. А в палисадниках все больше помидоры росли.

И только перекрашенные сто раз лавочки были теми же.

Я стоял на тротуаре возле подъезда и пялился на давно знакомый двор в какой-то прострации, то ли пришибленный совсем уж раскалившейся к четвертому часу жарой, то ли выпадая в осадок от не самых лучших воспоминаний. Возле меня хлопали дверями машин, таскали наши с Маней чемоданы, переговаривались о чем-то.

.. а я просто стоял.

— Женьк, ты чё, уснул? — меня ткнули пальцем в ребра.

— Мань, ты давно здесь была? — спросил я сестру, которая в недоумении и тыкала.

— Да в прошлом году...

— А я вот восемь лет тут не был...

— И чё? Изменилось что-то? — заинтересовалась она.

— С последнего приезда вроде нет, а вот, если мерить по детским воспоминаниям, то очень сильно. Я же родился здесь, в Геленджике, ты ведь знаешь?

Машка кивнула.

— И из роддома меня принесли сюда, в эту городскую квартиру, а не в долинный дом. И жили мы здесь еще два года после, и только потом отец нас с мамой в Нижний увез...

— И ты что, помнишь себя двухлетним?! — Маня выпучила на меня удивленные глазища.

— Нет, конечно. Но как потом приезжали летом с мамой и жили здесь, отлично уже помню. Последний раз... с ней когда... особенно, она тогда тобой беременная была...

— А потом я родилась, а мама-а...