Наследие стражей. Иди... Том 1 и Том 2

А стоило только такой вот твердый уступ не нашарить ногой, так под нее осыпь попадала! Нет, далеко не усвистишь — не тот наклон, да и ручеек из щебня выходил жиденьким, но коленки-то не казенные, то и дело ими тормозить!

А уж про босые ступни я и не говорю! Панталеты даром, что хорошего качества, но разве ж тот, кто их шил, в ум взять мог, что найдется придурок, который в этих редких ремешках в горы попрет?! Вот и терял я шлепки беспрестанно, оскальзывался и пальцы в кровь, поди, все уж о камни разбил.

Свету мне! Хочу свету!

Нет, не о нежной, прекрасной в своей доступности женщине я сейчас возмечтал, а о солнышке! Ясном таком, лучистом, в свете которого каждый камешек был бы виден и я понимал куда ступать!

Да я бы и на луну согласился. И даже с неба можно мне ее не доставать, пусть бы прям оттуда немного подсветила.

Но нет, чего не было, того — не было. Имелись, правда, в немалом количестве звезды, но эти заразы до того жадны были на свет, что только-то кусты серебрить по верхам у них и выходило.

А чуть ниже от такого освещения, тени лишь набирали черноты и еще больше мешали рассмотреть дорогу.

Устав брести вот так, почти на ощупь, я остановился передохнуть, и тут в зыбком скупом свете приметил, что рядом кто-то есть. Нет, не увидел четко, и даже не услышал, а именно, что краем глаза... да каким-то наитием ощутил.

Страшно не было, умом понималось вполне, что раз не сплю, то в реале никакой настоящей опасности в этих горах, так близко от трассы, для молодого здорового мужчины нет.

Да и не один я тут сейчас иду. Но вот вся эта странная история с моим незадавшимся свиданием, намек на возникшие проблемы и, собственно, само внезапное намерение ночевать в горах, напрягали. А потому деда я все же окликнул:

— Дед, тут кто-то есть.

— Где? — он тоже остановился и обернулся.

Теперь, когда он не брел в наклон, а выпрямился, голова его оказалась как раз там, где звездный свет был вполне еще силен, и стало заметно, что дед устал. Капитально так устал — лицо его выглядело бледным, глаза на нем смотрелись ввалившимися, а продольные морщины, казалось, вспахали щеки еще глубже.

— В кустах, справа от меня, точно кто-то двигался параллельно нам, — тем не менее, ответил я.

— Жень, ну кто здесь может быть? — голос у деда тоже был усталым. — Может птица, вспорхнув, качнула ветку, может шакал проскользнул, больше-то и не кому... пошли уже, немного осталось, — и, развернувшись, снова полез вверх.