Наследие стражей. Иди... Том 1 и Том 2

Но я, как лет в пять-шесть ничего-то из его баек о духах предков и священных местах не понял, так и в последующие годы привык пропускать всю эту околонаучную ерунду мимо ушей.

К тому же, вываливанием всякой непонятной галиматьи на голову ребенка дед не ограничивался. Лет с восьми моих он еще и кое-какой ритуал ввел, проводя его обязательно сразу по прибытии на место. Он усаживал меня перед тем дольменом, заставлял закрыть глаза... и ощущать, а потом оставлял одного на какое-то время и сам уходил.

Ну, я и ощущал. Честно. По крайней мере, пытался. И так же честно отвечал на вопросы по его возвращению.

— Что ты почувствовал? — вернувшись, спрашивал дед, когда я уже чуть не начинал присыпать, посидев с четверть часа с закрытыми глазами, да после лазанья-то по горам.

А что я мог чувствовать?!

Если был ясный день, то, как мне солнце нещадно башку припекает, как пот струится по спине, как ноги гудят от долгого перехода, а пустотой живот ворчит, будто я дня три не ел.

Если мы добирались к вечеру, то ошчученья мои, естественно, были несколько другими. Как прохладный ветерок скользит по липкой корке загустевшего пота, а потому облегченья в себе не несет, как комары жрут меня нещадно, как... впрочем, ноги мои по достижению этого места оттопаны были всегда, а есть от прибывания на природе мне тогда хотелось и вовсе — постоянно.

Дед почему-то от моих откровений каждый раз расстраивался, но и не говорил, что именно я помимо естественных в данной ситуации ощущений, еще чувствовать должен.

Но, если честно, что интереса моего, что обиды, хватало обычно ненадолго, а ровно до того момента, как расстроенный дед сдавался, разрешал какой-нибудь «сникерс» заточить и к ручью выпускал на волю.

Так что — да, дольмен здесь был точно. И, как припомнилось только сейчас, вчера его светлеющий бок в черных кустах я видел. Но вот ЭТО, однозначно не его остатки!

И я уставился на вновь возникшую передо мной инсталляцию, высвечивая фонариком детали.

Кромлех, подменивший собой «мой» дольмен, одновременно чем—то напоминал северные лабиринты и мини Стоунхендж. Камни выложены были многополосным завитком и в основном оказались некрупными.