Наследник Исчадья

Согласен?

Это были не лучшие условия, но выбирать не приходилось. Я был уверен в Дэйне – спокойный и неконфликтный мальчишка не доставит неприятностей. Если бы только можно было избавить его от Ограничителя…

- Согласен, - я кивнул.

- Зря ты с ним возишься, - покачал головой гинн Наиде. – Он все равно останется осужденным. С полным Ограничителем ему не на что надеяться, и показывать, чего он лишился – куда более жестоко, чем просто запереть в камере.

- Возможно, - я не стал спорить. – Но пока есть шанс сделать его жизнь хоть немного лучше – стыдно им не воспользоваться.

Получив одобрение директора, я немедленно приступил к делу. Увы, даже в магическом мире невозможно сделать все быстро и недорого, но времени у меня было все же меньше, чем денег. Три года жизни на вольных хлебах в какой-то мере приучили меня к экономии, и сейчас недостатка в средствах я не испытывал. Не скажу, что расставался с деньгами я легко, накоплений было жаль, но мальчишку я жалел сильнее. После гимназии камера станет его единственной реальностью, и, хотя Наиде в чем-то был прав, но в моих силах было немного скрасить существование Суотерри.

Наняв специалистов, я объяснил, чего от них хочу и в какие сроки, и со спокойной душой ушел на занятия.

Результат мне понравился. Камера больше не выглядела тюрьмой; более того, если не знать, где расположена эта комната, вполне можно решить, что она находится в общежитии. Идея с иллюзорным окном оказалась гениальной.

Не шик, конечно, – если бы Суотерри получил наследство отца, то жил бы в куда более роскошных условиях, - но получилось довольно уютно.

И не ошибся. На мое занятие он примчался сияющий, исполненный благодарности. Вот только я, увидев мальчишку, вовсе не почувствовал гордости за сделанное. Да, я помог ему… но исправить то, что с ним сделали, не в силах. Никто не в силах. С ним поступили несправедливо, и, что бы я ни делал, этого всегда будет мало.

Вместо гордости я ощутил стыд.

При первой встрече я ведь ни на мгновение не усомнился, что вижу перед собой преступника. И его фамилия лишь утвердила меня в этом мнении. Мы знакомы почти месяц – и большую часть этого времени я искренне полагал, что Суотерри нарушил закон. Да, не настолько серьезно, чтобы использовать на нем полный Ограничитель, но все равно – совершил преступление! Мне столько времени понадобилось, чтобы понять, что этот мальчишка просто не способен на подобное.