Могильщик Альтера. Семейство психов

– замолчав, он продолжил шуршать бумагами, подписывая некоторые из них. И, прервав неловкое молчание, он все же ответил Вильяму. – Приведи его. Пусть хоть он пройдет курс. – тяжело вздыхая, Франк подумал обо мне, таком же пробудившемся человеке.

Его действия больше не были похожи на попытки убийства. Нет же. Он просто должен был стать для меня учителем, первопроходцем в стези «пробудившихся». Таким как стал для этого паренька.

Хрупкий, тощий пацан, с длинными, не похожими на наши, волосами, достаточно высокий, но на вид слишком слабый – на самом деле скрывал чертей в тихом омуте.

За пару месяцев он в полной мере овладел своими навыками, не сойдя с ума.

Этот факт заставил Франка задуматься. «Возможно (точно), я зря изуродовал ее лицо…». Со словами «Стоило дать шанс», он принялся за его обучение. Личное обучение Франка. И не Врачебная практика или что-то подобное, он учил его теории использования «дара». Эта теория в точности повторяла данные мне Крисом объяснения.

Не дав мальчику свыкнуться с изменениями, Доберман, с первого дня его прибытия там, вымотал его до полу обморочного состояния.

Теория одно, и она безобидна, а вот практика была адски жестока.

Без какой-либо подготовки или самостоятельных практик до, Адаму пришлось пройти тренировки жестче наших, тренировок отряда спец назначения. И дай ему использовать свои новые возможности – было бы бесполезно добиться развития. Франк подавил их сразу после просмотра возможностей.

Та глушилка существовала еще шесть лет назад, что и подтвердило мои ошибочные догадки.

Тот подарок был искренним и наполненный сожалением.

И все же кроме глаза, я ничего не потеряла. Все те же уроки и опыт мне удалось получить в полном объеме, что и второму ученику. Мы только по срокам чуть отставали.

Многие моменты в том обучении были скрыты. Они уже не выкидывали, как сотню раз до этого, просто пропускались, перематывая на следующий день. Но этого хватило, чтобы понять мощь второго ученика.

«Мальчишка быстро учиться.

То, как он схватывает все налету, показывает какие гении есть среди нас. «Мультиматерия»… Что же тогда у нее?» – озадаченность Франка оправдана, ведь даже я не до конца понимаю, что же у меня.

«Мультиматерия» Адама может принять любой образ, раз увиденный за жизнь. Материя, пластичная и текучая, словно слизь, выделяется из его пор на участке, заданном владельцем. Готовый образ принимает плотность и полную текстуру первоначального объекта.