Человек в чёрном

Кто-то вроде как просто курил, кто-то вроде как просто ждал поезда, кто-то вроде как просто дремал, сидя на лавочке, но между ними всеми будто были протянуты незримые нити.

Мелоун не был суеверен и уж тем более не был религиозен, но своему чутью доверять привык, иначе он не стал бы шерифом-выпивохой, разменявшим уже пятый десяток лет, а помер куда как раньше.

На ум пришла грустная и очень запоздалая мысль – «надо было оставаться в департаменте, соответствуя репутации ленивой задницы».

Сматываться прямо сейчас? 

Прозвучавший невдалеке паровозный гудок оповестил, что для бегства уже поздновато.

Да и шерифская звезда, будь она неладно, уже успела засветиться. Так что в случае заварухи стражей закона, даже столько никчёмных, будут бить в первую очередь, а трусливую попытку к бегству воспримут как благородный порыв привести подмогу.

Жаль вот, что репутация бесполезного алкаша ещё не успела разойтись по всему Северо-Западу… Тогда бы не тронули.

Драться? Ну, видимо, если начнётся перестрелка, то скорее всего придётся отстреливаться.

Хотя Мелоун и не полагал себя самым храбрым человеком, но уж здравомыслящей (хотя и не самой шустро мыслящей) личностью себя считал точно. И здравый смысл сейчас подсказывал, что в случае чего надо выбирать варианты, где есть хоть какой-то шанс выжить…

Мелоун невесело отметить, что отстреливаться будет непросто – и годы уже как бы не те, да и табельный ТБ из армейской поясной кобуры так просто не выхватить… Ну да ладно.

Значит, перво-наперво залечь, а может и вовсе укрыться за человеком в чёрном… Потом достать пистолет и по возможности убираться с перрона, когда всё начнётся…

«Когда» - не «если». Для себя Билл уже решил, что добром сегодняшний день не кончится. Вот было у него такое ощущение, и всё тут.

Шериф вновь непринуждённо огляделся оп сторонам и поковырял пальцем в ухе – хотя бы детей на перроне не было и то радость. Значит на удивление мерзкое хихиканье какой-то девчонки неподалёку ему просто померещилось.

Поезд пребывал с юга – вполне типичный «георг» военной постройки. Дешёвый, сердитый и оставленный в строю по той причине, что на бывшей канадской территории колея была четырёхфутовой, в отличие от пятифутового стандарта железных дорог русских и дикси.

Человек в чёрном достал из кармана часы и пристально уставился на циферблат.

- Хм. Не выбивается из графика, - меланхолично произнёс мужчина.