Шёпот мёртвых

Так что бегать тебе от него долго придется, – усмехнулся Нутли. Он изменился в лице, будто становясь тем самым настоящим хищником, что был готов порвать добычу в любую минуту, стоит только зубам ухватиться за чужую плоть. С этим выражением он и бросил Эзтли, уже почти скрывшись в темноте поворота: – Фас, собачка. Фас на хранителя мертвых!

Тодор успел только чертыхнуться, когда красные глаза Эзтли уперлись прямо в него.

И как ему убегать от того, кто сильнее? На дерево от перевертыша не залезешь. А вдруг там у него в арсенале еще и обезьяна есть.

Раз – и перед тобой не волк, а зубастая горилла? Китлали нервно усмехнулся. Он не представлял, что можно было сделать, да и куда бежать тоже не мог понять. Граница территории темных пролегала дальше, несколько улиц, пара переходов. До ближайшего полицейского участка, где как-то смогут обезвредить сильного детектива, было слишком далеко.

– Да пошло все, – прошептал Тодор, разворачиваясь на пятках и срываясь с места.

Он понимал, что ни минуты не сможет противостоять сильному перевертышу.

Пусть у него и были была сила в руках, но кто защитить его от чужих ног?

Оттого он поспешил как можно быстрее скрыться на улице, откуда только недавно пришел. Он не знал, куда бежать, но понадеялся, что сможет скрыться хоть немного в череде переулков.

За спиной отчетливо послышался тот самый знакомый рык, который и привел его к детективу с вампиром. Но теперь он был явно против него.

Хранитель уже успел выбежать на улицу и развернулся в сторону нейтральной территории.

Если не полицейские, то хотя бы больше существ на улице. Может, кто и сможет оглушить потерявшего свой разум перевертыша. Не так. Неправильно. Эзтли не потерял свой разум. Он спал где-то внутри, а сейчас за Китлали гналось пробужденное сознание древнего зверя. И вот от него будет куда больше проблем, чем от молчаливого и хмурого детектива.

Тодор бежал, не оборачиваясь. Под ногами хлюпал в конец размякший снег, который только несколько дней назад падал ошметками на землю. Сейчас хранитель в нем вяз, утопал в глубоких лужах и соскальзывал.

Но он бежал все дальше по улице туда, где помнил еще разделение территорий. Пусть и прошло тридцать лет, но улочки темных он так просто забыть не мог.

Вот только перевертыш отставать не хотел. Может, он не понял сначала, что его жертва сбежала, оттого не сразу начал погоню. Может, Китлали помогала природа, сошедшая с ума перепадами температуры и снегом вперемешку с дождем. Чтобы ни было, хранитель был рад этому.