Цикл Мир

Интуиция подсказывала Ролло, что если пресловутая Анабель пострадает от одной из ловушек – сирена его не простит, даже если он вдруг принесет ей упавшую звезду. Ролло отмахнулся от неожиданно пробудившихся воспоминаний.

Он настоял на том, чтобы девушка отдохнула в каюте и устроилась не на тахте, а на кровати. На недоуменный взгляд Зеленовласки Ролло просто махнул рукой, проводил ее в комнату, и, дождавшись, когда она ляжет, укрыл сирену одеялами, а сам устроился рядом и читал до полудня, пока окончательно не убедился, что девушка спит.

К закату он перепроверил все охранки и обыскал все помещения, надеясь найти крошечного хомячка, но Анабель словно в море сгинула. А может, так и было. И Ролло этот вариант почему-то не понравился.

С наступлением темноты «Свобода» подошла к прибрежному городку, что располагался в маленькой бухточке у подножия двух одинаковых скал, напоминавших клыки гигантского земляного змея, распахнувшего свою пасть. Складывалось ощущение, что чудовище смогло протиснуть на поверхность только зубы, а все его тело по-прежнему оставалось под землей.

Когда корабль зашел в бухту, огромный полумесяц завис между каменными «клыками». Багровый свет мерцал на гладкой слюдяной поверхности, так что Ролло показалось, будто скалы объяты пламенем или залиты кровью. Капитан невольно поежился, вспомнив фрагмент из дневника Рыжего Эрика, где по каменным пирамидам текли красные реки.

«Интересно, – подумал он, – сумел ли мальчишка добраться до других земель, если они, конечно, существуют?»

Ролло не любил этот городок, старался появляться здесь как можно реже, предпочитая ему поселок, расположенный южнее. Если бы капитану был нужен только лекарственный порошок для сирены, он, не задумываясь, отправился бы туда, где добропорядочные граждане продавали на берегу устриц и крабов, исправно платя за это налоги, но сегодня ему было необходимо прикупить нечто, что имелось только в Пасти Змея.

К тому моменту, как луна поднялась над скалистыми «клыками», все приличные люди – пожилой мэр, предпочитавший притворяться «слепым и глухим» по отношению к делам, творящимся в городке, замужние женщины и малолетние дети, – спали тревожным сном. Темные улицы же наполнили те, кто на самом деле управлял и побережьем, и морскими путями, расположенными в районе маяков.