Мастер снов.

Страж с недоумением уставился на послание и уже собирался отказать, когда Герард, с интересом наблюдающий за происходящим, неторопливо выступил вперед, показал ему значок сновидящего со звездой члена Пятиглава и произнес внушительно:

– Это действительно важно.

Тот нахмурился, но затем его суровое лицо с перебитым носом чуть смягчилось, и спустя несколько секунд он передал лист напарнику и сказал тихо:

– Отдай…

– Ну, справился один? – насмешливо спросил меня Герард.

– Ладно, признаю, твоя помощь оказалась очень к месту.

Самодовольство этого типа можно было пережить, лишь обладая хорошим чувством юмора и безграничным терпением. И того и другого мне не требовалось занимать.

Охранник вернулся и жестом велел нам проходить.

Креон был один в пустой тренерской. Мне приходилось бывать в подобных местах с Феликсом, а Герард осматривался с любопытством. Огромная плазма на стене, где показывали бой, кулер с водой, два обширных черных кожаных дивана, стол с рядом удобных на первый взгляд стульев.

Борец стоял посреди комнаты с моим посланием в руках.

– «Я знаю, что произошло на отборочных», – процитировал он вместо приветствия и спросил агрессивно: – О чем речь?! И кто из вас двоих что именно знает?

Ему было лет девятнадцать, не больше. Упорный, сосредоточенный взгляд темно‑серых глаз уперся в меня, словно оценивая как нового противника, чтобы понять, насколько «поединок» со мной может быть серьезным.

Он был выше меня на полголовы и раза в полтора шире. Но я видел в его сдержанных движениях напряжение, легкую, глубоко запрятанную неуверенность. Так выглядят люди, привычный мир которых внезапно пошатнулся, а тело, стандартно выполнявшее любые команды, перестало слушаться.

– Я рассчитываю узнать подробности от тебя, – ответил я, усаживаясь на ближайший стул. – И тогда смогу дать четкий ответ.

Герард остался стоять у двери, прислонившись плечом к косяку.

Креон уставился на меня с высоты своего роста, и в его суровом лице мелькнула растерянность – он действительно желал услышать вердикт немедленно, а от него требовали информацию.

– Подробности в том, что их нет, – буркнул борец, словно отделывался от настойчивых журналистов. – Ничего не произошло, кроме того, что я не смог провести бой. Ни одного захвата, ни одного сбивания.