Коза 2, или Ведьма на полторы ставки

И не выкай мне, ладно?

– Сто двадцать шесть? Так это психушка, у нас там занятие было.

– Как психушка? Николая Чудотворца, сказали?

– Вот-вот. Кто у тебя там?

– Студентка. Я её вытащить оттуда собиралась, с целительницей договорилась. Но дурдом?

– Вот-вот, лучше не связывайся, там знаешь, охрана какая?

– Всё равно придётся, она под клятвой, если не вернётся после каникул в течение двух недель, умрёт. Уже несколько суток прошли.

– Туда только днём проникнуть можно.

– Н-да! Придётся завтра.

– Так её же в розыск объявят!

– Это лучше, чем умереть.

Я её далеко спрячу, там не найдут. А захочет в Петербург вернуться, пускай сама думает. Психушка, значит…

В общем, поехала туда утром, сначала Караваев меня к МарьВанне подбросил, вернее, к Юрию Моисеевичу. Ракушек я ему давно привезла, а всё не отдать, только лично просит передавать. От него уже сама в больницу.

Самое сложное было внутрь попасть, не хотелось нигде засветиться, там же камер понатыкано – ой-ёй! Под скрытом зашла на территорию, под скрытом добралась до палат – а куда дальше, если только женских отделений тут шесть? И внутрь особо не проскочишь, кроме ключей-таблеток, ещё и охрана, и это не бабушки с вязаньем.

Приуныла, если честно. И обстановка там такая, гнетущая, вроде и чистенько, а пахнет такой тоской… Я-то и эмоции ловлю, хоть и стараюсь отключиться. Стою в уголочке, как дура последняя, фонарею от обстановки.

Санитар мимо прошёл, ни молодой, ни старый, лет немного за тридцать. И у этого дума тяжёлая, что-то нужно ему, а взять негде.

Уже за КПП скрылся, когда меня осенило – вот он, мой проводник! Но опоздала, теперь только ждать. Удачно я сегодня к Юрию Моисеевичу зашла, ракушки отдала, банковской картой этого нарика не соблазнить.

В общем, минут через двадцать появился он обратно, явно не нашёл свою прелесть. Хотя, может, и не нарик? Но пробовать нужно. Вроде выбрала место на лестнице, где камеру не видно, из скрыта вышла. Главное, чтобы сюда двинулся.

Он и пришёл.

Денежкой ему помахала, санитар как вкопанный остановился.

Значит, и впрямь деньгами его проблема решается.

– Чего надо?

– Подругу ищу. Поможешь – заплачу. – Помахала перед его носом тремя пятитысячными, наверно, хватит?

– Провести не смогу! – а рука уже тянется.

– А не нужно. Найди и сфоткай её на свой мобильник, покажешь мне – бумажки твои.

– Кто такая?

– Алексеева Настя, двадцать два года. Диагноз не знаю, скорее всего, поступила с неделю назад на обследование. Шатенка, невысокая.