Артур Рэйш. История вторая. Шепот темной стороны

Заместитель начальника городского сыска, мудро не переступая порог, окинул быстрым взглядом прилавок и висящего над ним призрака, палец которого был направлен в сторону ведущей на второй этаж лестницы, и задумчиво кивнул.

– Арт, сколько тебе понадобится времени, чтобы осмотреть дом с помощью магии?

Я удивился.

– Мы разве не будем ждать Хога?

Готж с досадой поморщился.

– Будем. Но в принципе?

– Понятия не имею. Смотря как пойдет. Но пока я хотел бы прогуляться по округе. Не возражаете?

– Валяй, – со вздохом согласился Готж.

– Хог уже едет.

Да, таковы правила: поскольку моя сила стирает практически все магические следы, на месте преступления я работаю в последнюю очередь. Точнее, сразу после городского мага. Исключение составляет лишь осмотр тела, но рядом с ним я не контактирую с Тьмой напрямую. И сегодня поэтому же не полез, прекрасно зная, что сыскарям здесь еще работать.

Уже снимая перчатки, я спохватился и, обернувшись, спросил:

– Эй! А Йен-то сегодня будет?

– Нет, – отмахнулся Нодли, привычным жестом пригладив свои роскошные усы.

– Болеет он – лихорадка свалила. Третий день из дома не выходит.

Представив, как тяжело деятельная натура Норриди переживает заключение в четырех стенах, я мысленно присвистнул. Однако от идеи навестить болящего сразу отказался – Йен сдохнет, но не признается, что ему плохо. Скорее всего, узнав о деле, из последних сил притащится в управление и будет тухнуть в своем кабинете, не желая даже на миг потерять контроль над ситуацией.

Упрямец. Совсем как Лен…

Встряхнувшись, я торопливо стер из памяти непрошенный образ старшего брата и, тронув перстень, хрипло позвал:

– Жук, Грем, на выход! Для вас есть работа…

***

В общей сложности на улице я проболтался около свечи и видел, как к дому убитого подъехал еще один экипаж, откуда выбрался наш второй сыскарь, мальчишка-писарь и оба добровольных помощника управления.

Вскоре после них прикатила двуколка Гордона Хога, которого, судя по заспанному виду, вытащили прямо из постели, да еще, похоже, не дали позавтракать. Его и Чета временно объединившееся начальство сразу же отправило в лавку убитого, а остальных послали в помощь городской страже – допрашивать соседей.

Поскольку время было раннее, в некоторые дома приходилось стучаться по четверть свечи. В трех из них стражникам вообще никто не открыл. А из остальных друг за другом выходили сонные люди, на лицах которых при виде обилия сине-белых мундиров тут же появлялось одинаковое беспокойно-растерянное выражение.