Обещание.

- Костя кивнул в сторону русалки, всё так же безразлично перебирающей гребни. - Остальные согласны, ждут лишь твоего решения.

-Имя? Косточка, ты выбрал имя? - спросила я.

- Да.

- Ну так иди, и стань на место, как положено. Я сейчас вернусь. - фыркнула я на Костю, и пошла к русалке. - Да оставь ты это, и пошли со мной.

- Что такое? Что случилось?

- Говорю же, пойдём. Тебе понравиться. - помогая ей встать, и ведя к ребятам. Они же стояли по четырём сторонам света, а Аня с Катей, как и заведено сидели в ногах у мужей.

Я поставила русалку лицом к Мише, а потом сама уселась к нему, в ноги. Мишка, обведя взглядом стаю, начал.

- По завету Велеса, по закону предков, из покон веков так заведено, что отец да мать дают имя ребёнку. Тебе же дарует имя тот, кто любит всей душой. - начал Миша, чётко поставленным голосом, смотря на русалку, глядя как по её щекам потекли слёзы. - Ты принимаешь этот дар, как наивысшее благо?

- Да. - только и смогла прошептать русалка.

- Имя! Назови нам имя, нашей новой сестры! - потребовала я.

- Маша. Твоё имя Маша! - заговорил Костя. - И пусть ветер разнесёт его по всем трём мирам.

Поднялся ветер, заключая в свои объятия всю стаю, а потом начав сужаться, пока в нём не оказалась лишь русалка. А русалка ли уже? Она стала другой. Теперь имея имя, она изменилась не только внутренне, но и внешне. Волосы, имевшие зеленоватый оттенок почернели, глаза же будучи чёрными стали янтарными, кожа на всём теле побелела, а губы налились алым. Она стала самим ветром. Да она и была ветром, с самого рождения.

- Миша, Софи, вы примете Машу в стаю? - робко поинтересовался Костя.

- ДА! - в один голос заявили мы.

- Маша, одного их слова мало, сначала........ - начал было Костя, но Маша его остановила.

- Я знаю, я всё это знаю. Мне всё Софи рассказала.

- Тогда держись, крепко держись.

Ребята подхватили нас, и побежали, становясь на ходу тяжеловозами. Костя был белый, как первый снег. Рома имел шоколадный окрас. Антон отливал кофем. А Миша был угольно чёрным.

И все четверо имели густые гривы, за которые мы держались. В которые прятались, не смотря на дорогу. Потому что знали, что нам нет нужды смотреть, не было в этом нужды для нас. Они нас везли, куда нужно.

Они пронесли нас по всей земле, принадлежащей нашей стаи, хотя это и была чистой воды фикция. Ребята остановились лишь у Костиного дома, где нас уже ждали. Костина мама вышла в перёд, не веря своим глазам, Костя же дёрнулся, и Маша, соскользнув, повисла у него на шее.