Только для проверенных товарищей

— Сначала я тоже так подумал, — поддержал меня Рудольф. — Очень складная теория.

— Вельзевул не такой, — несогласно пробубнила Кира. — У нас с ним продолжительное взаимовыгодное сотрудничество.

Рейнхардт выразительно хмыкнул.

— И поэтому ты держишь его на поводке.

— Не держала бы, если бы так не было положено по правилам безопасности. Которые, кстати, себя не оправдали.

— Так, всё, брейк! — я попытался предотвратить новую вспышку, за что был награждён железобетонным взглядом Рудольфа.

Зато они перестали препираться. — Вы считаете, что это был не вольфлог? Тогда кто?

Морозова бросила взгляд на Рейнхардта, нахмурилась.

— Не знаю. Но, по-видимому, этот кто-то надеялся произвести более разрушительный эффект. А может быть, отвлечь нас от чего-то поважнее.

— Или подать нам знак, что мы здесь не одни, — мрачно добавил Рудольф. Кира покачала головой.

— Ты думаешь, в школе есть кто-то посторонний? Кто-то настолько сильный, что мы трое не заметили его присутствия?

— Достаточно сильный, чтобы сорвать с твоей шеи амулет, оставшись незамеченным, — ответил Рейнхардт.

— Кира, ты восстанавливала «Пелену времени» одна?

— Да. Хочешь сказать… — она закусила губу, а в следующий миг вздохнула. — Теоретически, момент для вмешательства подходящий. Заклинание требует высокой концентрации. Если наш гипотетический злоумышленник настолько искушён в магии и способен сохранять инкогнито в нашем присутствии, он наверняка выбрал бы именно это время.

Тут есть только одна нестыковка — после восстановления «Пелены» я садилась на Вельзевула, и поводок работал, как должен. То есть, он был на месте.

Рейнхардта это возражение не смутило.

— Очевидно, наш неизвестный весьма подкован в магическом искусстве. Если он вмешался в твой хронологический поток, когда ты колдовала над Пеленой Времени, значит, ему по силам перемещение в этом измерении — как минимум, отдельных предметов.

Кира побледнела.

— Надеюсь, что ты ошибаешься.

— Мне бы тоже этого хотелось.

Стоило этим двоим увлечься делом, как вся напряжённость между ними исчезла, — это сложно было не заметить. И характер общения явно выходил за рамки уставного. Вот оно, значит, как.

— Виктор, ты ещё с нами?

Я моргнул, понимая, что Рудольф мог успеть прочитать в моём взгляде больше, чем мне хотелось бы, и усилием воли заставил себя вернуться в рабочий режим.