Пятая раса

– Я специально звонил мэру Нью-Йорка, просил о тебе позаботиться.

- Он позаботился, - ответил робот. – Передайте ему благодарность, господин президент. Полицейские были очень добры, но мне некогда пользоваться их гостеприимством.

Робот говорил почти не заикаясь.

Кто-то из сидящих на галерке начал шумно вставать и продвигаться к выходу.

Еле видное мерцание перекрыло двери.

- Извините, сэр, но п-присядьте обратно, будьте добры. Я не могу позволить кому-либо покинуть этот зал, пока не скажу все, ради чего сюда пришел.

Гражданин в мятом костюме и с галстуком набекрень сверкнул поросячьими глазками, крикнул «Да шо вы такоэ себе позволяете!», но пугливо всмотрелся в защитное поле перед дверью и повернул обратно. 

Наступила тишина. Все молча оглядывались на выходы.

- Это что, теракт? – холодно поинтересовался невысокий гражданин в первом ряду.

- Нет, господин президент. Это попытка спасти наши с вами жизни.

  Невысокий гражданин как бы невзначай поднес руку к подбородку. Из темноты сзади вынырнули как по команде с десяток фигур в штатском.

Наткнулись на прозрачную стену и в недоумении остановились.

- Вам ничто не угрожает, г-господа. Просто уделите минуточку внимания. 

  - Детей-то уберите хотя бы, господин террорист, - сказала обрюзгшая дама из первого ряда. – Последнее же дело, за детьми прятаться.

- За нами никто не прячется, госпожа канцлер, - сказал Ван. – Мы здесь по своей воле.

- Таки не удивлюсь, - шмыгнул увесистым носом гражданин со второго ряда. – Сперва по своей воле камнями кидаетесь.

Потом по своей воле самодельные ракеты мастерите. 

- Это не про нас, - сказала Альма.

- Охрана у вас ни к черту, господин генеральный секретарь, - сказал рыжеволосый. – Шастают все, кому не лень. Фокусники, бойскауты. Непонятно, за что мы платим? Может вам не деньгами, а специалистами помочь? Можем подогнать с десяток из разведывательного управления.

- Почему они тебя не боятся? – повернулась к роботу Альма. – Они что, не видят кто ты? И впрямь думают, что ты фокусник?

- Не знаю.

М-может у людей, облеченных властью, по-другому устроено распознавание? Им проще убедить себя, что они видят фокусника, чем смириться с тем, что не укладывается в их картину мира.

- Вы как хотите, а мне надоел этот цирк, - сказал, вставая, джентльмен с породистыми бакенбардами. – От этих собраний и так мало толку в последнее время, но это уже ни в какие ворота не лезет.

Он шагнул к радужной стене.

Яркое сияние окружило его, отбросило назад.