Королева Депрессия

Он почти уже дошел до парадной двери, по пути столкнувшись с дряхлой женщиной, матерью профессора Мартинеса. Бедняжка с трудом передвигалась, согнувшись в три погибели и даже не замечала мимо пробежавшего Марко. Но вдруг, за его спиной послышалось кряхтение и следом за ним сдавленный голос:

- Я просил вас больше не беспокоить нас! Я думал, мы поняли друг друга! И что я узнаю? Пока меня не было дома, вы снова приходили сюда и давали моим детям уроки живописи! – сказал профессор Мартинес, торопливо вставая с кожаного кресла, расположенного в углу главного холла.

- Какой кошмар, - произнес Марко, нарочито изображая ужасную актерскую игру и прикрывая рот рукой, - незаконные уроки живописи! Зовите жандармов!

- Смешно вам? – профессор подошел к Марко вплотную, и ткнул его пальцем в грудь, - посмотрю я, как вы посмеетесь, когда по душу Робера придут агенты Отдела!

Марко не стал отвечать на эти слова, аккуратно отведя палец профессора в сторону.

- Увы, мне нужна ваша помощь, профессор. Помогите мне, и я оставлю вас в покое, - сказал он, - во всяком случае, в этой жизни.

Наступило молчание.

- Хорошо, поднимайтесь в мой кабинет, - недовольно произнес Мартинес.

Кабинет профессора Мартинеса выходил на солнечную сторону, ярко освещая все вокруг. Марко не любил солнце. Будь его воля, он подобно вампирам, выходил бы на улицы только в ночное время суток. Солнечный свет напоминал ему о той, самой первой его жизни.

- Сражатели, - начал Марко, как только они вошли в кабинет, - они больше не оставляют записей в книге. Я уже много лет не могу найти их следы. Скажите, они выходили с вами на связь?

- Я сам нахожу их, когда мне это нужно, - ответил Мартинес, - но вы правы. Их ряды поредели. И жалкие остатки ушли в подполье.

- И где мне теперь их искать?

Мартинес развел руками:

- Вы же были сражателем!

- Как и вы! – напомнил Марко, услышанное много столетий назад.

- Я оставил это дело еще за долго до вашего появления, Марко! Острие показало мне иной путь развития.

Марко усмехнулся:

- Вам прекрасно известно, что сражатели всегда относились ко мне с пренебрежением, из-за моих особенностей, - сказал он.

- Вернее, из-за отсутствия этих особенностей, - поправил его профессор и тут же добавил, - почему, собственно, я должен вам помогать?

- Вы мой должник, Мартинес.